– Когда все случилось, я вздрогнула – может, я следующая в списке у Кости на отправку на небеса? Нас связывало некое подобие дружбы, но я видела Боброву в ресторане. Маугли мог предположить, что я ее узнаю даже с другой прической, цветом волос, формой носа и подбородка. Взгляд не изменить. Может, мне пора заказать по себе реквием?
Рассказчица щелкнула языком."
"– И совсем нехорошо стало, когда неожиданно ушел из жизни Федор Мурсин. Это, скажем так, левая рука покойного Константина. Правой был Игорь Соловьев, мой друг, о котором я уже упоминала.
На счету людей Константина много удачных ограблений, Федор был их разработчиком. Гениальным. Учитывал все, поэтому бандиты Маугли (да и сам он) ни разу не попались. Умерли Костя с Федей друг за другом. Кто остался? Иван Ропотов! Если Мурсин и Игорь – правая и левая руки Константина, то Иван – мальчик, которого Костя когда-то к себе приблизил, его верный пес. Это Ропотов настойчиво повторял дятлам пера, которые слетались тучами на похороны Мурсина: «Федор скончался от разрыва аневризмы.
Маугли умер раньше. У него были бабы, но штамп в паспорте не стоял. Маугли не мог долго жить с одной герлой, любил разнообразие. Ему нравились те, которые у шеста вертятся, снять любую из них на время легко. Не жадный он был, за неделю отношений мог квартиру девке купить и машину».
Спирина прищурилась.
– Согласитесь, странная речь. Ивана спрашивают про Мурсина, он сообщает, что тот умер от разрыва аневризмы, и… вещает далее про Константина, как тот менял телок почти каждый день.
Думаю, в желании убедить всех, что у Маугли не было одной постоянной женщины, организатор спектакля слегка переборщил.
Спирина чуть наклонила голову.
– И, слушая «пение» Ропотова, я неожиданно прозрела, все стало так ясно, что я удивилась – ну как раньше не догадалась?! Маугли доверял Федору, Игорю и Ропотову. И он знал, что я не в его команде, просто балансирую на проволоке между двумя мирами, криминальным и милицейским. Информацию не продаю ни тем, ни этим. Я журналист, мое дело – писать, думая, как составить материал.
Костя специально пригласил меня в ресторан, а Рита там сидела для того, чтобы я сообразила, что Боброва – любимая женщина Маугли, и помогла ей, когда Костю «убьют» и он долгое время не сможет быть с Маргаритой.
Дегтярев неожиданно улыбнулся.
– Конец восьмидесятых годов двадцатого века. Первые «братки». Малиновые пиджаки, на шее золотые «голды» весом несколько килограммов, катаются они на пригнанных из Германии иномарках.
