Но, понимаете, я тогда сразу поняла, что Костя жив.
– Нет-нет! – активно принялась возражать Воробьева. – Да, вы правы, у нас был короткий роман. И у меня сейчас паспорт на другое имя. Но это лишь потому, что кое-кто полагает, будто я заграбастала все финансы Маугли! Но это неправда, я живу на свои копейки. Посмотрите, как я одета. И ни одного колечка на пальцах, даже простенькой цепочки на шее нет. Мы с дочками нищие. Константин умер, а мы разошлись до его кончины.
Анфиса усмехнулась.
– Я сижу, слушаю ее песни и думаю: рассказать ей или нет про зашитую рубашку?
Глава двадцать восьмая
– Зашитую рубашку? – переспросил Дегтярев.
– Это что?
Спирина склонила голову к плечу.
– Не мне вам объяснять, как некоторые лидеры криминального мира умирали от покушений. Их взрывали вместе с машиной, снимал выстрелом снайпер, они тонули. Но почему почти никто не пропал без вести? А?
– Ответ – на поверхности, – сказал Семен. – Конечно, если нет тела, нет дела. Но тогда появляются большие подозрения, что преступник жив.
"
"– Вот-вот, – кивнула Анфиса. – После смерти лицо человека всегда изменяется, поэтому многие говорят: «С трудом узнал покойного. Похож, но, вроде как, не он». Как «убивали» некоторых авторитетов? Находили похожего на бандита человека, лишали его жизни, хоронили с пышностью. А настоящему «папе» делали пластическую операцию, он потом уезжал за границу, жил там тихо. Уверена, Маугли выбрал последний вариант. Я пришла проводить его в последний путь и увидела картину: тело прикрыто одеяльцем, руки под ним.
Это не странно, руки по-разному уложить могут. Наклонилась над гробом. Ба! Одеяльце-то очень аккуратно прибито, почти незаметно. Если долго не стоять, склонившись над усопшим, то и не увидишь. Впрочем, даже я с трудом разглядела, несмотря на то, что искала глазами нечто необычное. Ладно! Прибитое покрывало еще можно объяснить. Прощание на кладбище, там ветер – вдруг он сдует ткань? Но потом мой взгляд заметил еще бо́льшую странность – рубашка на усопшем застегнута на все пуговицы до самого горла.
Вроде так положено у покойного, да. Но разве зашивают сорочку у воротника? Опять же, все ну очень-очень аккуратно оформлено, крохотные, частые стежки вплотную друг к другу, их случайно не разорвать. Бинго! В гробу не Константин!
Я не выдержала и задала вопрос:
– Ну закрепили рубашку, и что? Тело может увеличиться в размере, одежда разойдется, некрасиво будет.
– Согласен, – кивнул неожиданно вступивший в беседу Леня.
