Тридцать два, если быть точным, — отчитался сержант, — Это не считая хилых, больных, идиотов или наоборот, слишком умных, которых мы отсеяли. Вербовщик хоть и редкостный распиздяй, но дело своё знает. Восемнадцать бойцов первой линии и четырнадцать второй.
— Внушительно, — кивнул я, — Особенно, если вспомнить, что мы в городе меньше недели. Но пока ещё недостаточно. Нужно добрать хотя-бы до сорока, а лучше — до пяти десятков. Тогда мы уже будем представлять из себя внушительную военную силу. А там где сила, там и работа.
За немалые деньги.
— Так то оно, конечно так, да вот только с этой оравой управляться одному мне уже трудновато, — покачал головой Сержант, — Нам бы не помешало назначить десятников. Предлагаю назначить ими Освальда, Арвеля и Ллейфа. Ребята толковые. С нам ещё аж с самого Деммерворта, а уж я то их почитай полжизни знаю. С работой справятся.
— Добро, — кивнул я, а затем смерил взглядом красного как рак, опухшего Алфрида. Кузнец не переставал синячить и трахать всё, что движется с самого приезда в столицу.
Впрочем, работать он тоже не переставал, так что претензий у меня к нему не было, — Алфрид, что у нас по доспехам?
— Вся первая линия… — кузнец шумно выдохнул, отёр покрытый испариной лоб и начал оглядываться в поисках чего-нибудь, чем можно опохмелиться. Сидевший рядом Тур, покачал головой и пододвинул бедолаге кувшин с квасом. Тот благодарно кивнул, сделал несколько крупных глотков прямо через край и наконец продолжил, — Всю первую линию в кольчуги мы одели.
Плохонькие, с короткими рукавами и однорядным плетением. Но за те деньги что у нас были, на большее рассчитывать не приходится. Кроме того, весь первый ряд снабдили набивными шоссами и шапелями. И ещё купили парочку старых кольчуг для отработки боя с одоспешенным врагом.
— Видел вчера на манекенах, — кивнул я, — А по второй линии что?
— Ничего, — покачал головой кузнец, — На неё денег не хватило. Нужно больше средств, тогда удастся и для них что-то сообразить.
Мда… Что-то я всё больше жалею о тех трёх серебрянниках, отданных вдове.
Слишком уж импульсивный был поступок. Они могли бы пригодится и нам. Спасти жизнь кому-нибудь из моих ребят, а то и не одну. Ладно, сейчас уже бессмысленно себя за это грызть. Просто в следующий раз надо думать головой, прежде чем поддаваться сентиментальным позывам.
— Болек, что у нас по средствам?"
"Старик прокашлялся, открыл свой гроссбух и подслеповато щурась принялся что-то выискивать в записях.
