Тракт не сворачивал и не огибали их. Перепрыгивал небольшими каменными мостками бурные тёмные воды.
Позади вновь раздался крик. На этот раз он был куда громче, пронзительнее и ближе. Твари не стали задерживаться у места побоища. Они взяли наш след.
— Поторопимся, — крикнул нам Дитрих, начиная ускоряться, — До входа в катакомбы осталось совсем немного!
— А там что? — сбивающимся голосом выпалила Айлин. Пробежка ей давалась тяжело. Лицо снова побледнело. На лбу выступили бисеринки пота. Руку она держала на боку, и судорожно хватала ртом воздух.
— Там мы сможем от них оторваться, — бросил рыцарь не сбавляя шаг, — Да и полководцу в узких проходах развернуться будет трудно.
— Твою… мать… — девушка встала, согнулась, схватилась руками за бок и закашлялась, — Надо было выносливость… тренировать.
Я подбежал к ней. Взял за плечи и помог распрямиться. Лицо Айлин было мраморно белым. Капельки пота, выступившие на лбу превратились в струйки, катившиеся по щекам и подбородку. Дыхание было сбивчивым и тяжелым.
В нём то и дело проскакивали хрипы.
— Бок?
Айлин молча кивнула.
— Убери руки. Медленно и глубоко вдохни, — бросил я, взяв её за плечи и помогая разогнуться, — Теперь так же медленно выдохни. Задержи дыхание. Снова глубоко вдохни, — я помог опереться ей на плечо, обхватил за талию, — И пошли. Пошли потихоньку. Нельзя сейчас…
Мои слова заглушил очередной крик заражённого. Он раздался прямо у нас за спиной. Я рефлекторно обернулся и увидел, как с ближайшего сталагмита на тропу спрыгивает покрытая черной, растрескавшейся кожей тварь.
Клацает по каменной кладке когтями. Готовится напасть.
Дитрих повернулся. Достал меч и приготовился к бою. Кивнул мне. Девушка попыталась оттолкнуть меня. Но чуть было сама не упала на землю. Ей было плохо.
— Отпусти, — прошипела мне на ухо Айлин, снова пытаясь отстраниться, — Уходи. Я отышусь и… догоню.
— Дура, блядь, — сквозь зубы прорычал я, и силой поволок её за собой, — Береги дыхалку и шевели ногами!
Мы снова побежали. Медленно.
Тяжело. С трудом переставляя наливающиеся свинцом ноги. Где-то позади вновь послышалось рычание твари. Скрежет когтей по гранитным плитам тракта. Свист клинка, рассекающего воздух. И отчаянный вой раненного монстра. Рыцарь выиграл нам немного времени.
Между каменными ёлками замаячил просвет. Метрах в тридцати от нас отблески факела так и оставшегося лежать прямо на камнях, выхватили из пыльной темноты гладкую гранитную стену, уходящую под самый потолок.
