А иногда его лицо приобретало такое выражение, будто он вот-вот плюнет на это дело, возьмёт обод замка и просто разорвёт его голыми руками.
Наконец послышался тихий щелчок. Замок сполз чуть-чуть вниз. На лице громилы просияла радостная улыбка.
— А я ведь говорил, нет сука такой клетки, что могла бы удержать скользкого Рафа. Ну всё, мужики. Теперь сидим, ждём.
За пустыми мисками до самой ночи так никто и не пришёл. В каменном мешке царила тяжелая, напряженная тишина. Лишь когда тёплый оранжевый свет, просачивавшийся сквозь дырку в потолке, стал бледным и холодным светом луны, с той стороны двери послышались голоса.
Звуки.
Где-то над нами колокол бил отчаянный набат. По коридору застучали ботинки тяжеловооруженных стражников. Послышался лязг вынимаемых из ножен мечей. Отчаянные крики и ругань солдат. На тюрьму кто-то напал.
— Ого, — оживился здоровяк, — Похоже кое у кого неприятности, — он посмотрел на меня, — Как думаешь, за кем пришли. За тобой или за мной?
— А что, — равнодушно бросил я, — За тобой есть кому приходить?
— Ну, — осклабился тот, — У городского отребья, знаешь ли, тоже есть свой кодекс чести.
Он хотел ещё что-то добавить, но в этот миг двер распахнулась и в комнату втолкнули того самого паренька, который приносил нам еду.
— Стой здесь! Смотри чтобы чего не выкинули! — рявкнул солдат и захлопнул за собой дверь. Послушник испуганно огляделся, а затем пошёл к камерам, собирать все ещё полные миски. Жрать то дерьмо, что принесли нам храмовники никто не решился.
— Ну что парень, — оскалился здоровяк, когда служка подошёл к его клетке, — Твоим подельникам в рясах пришли резать глотки.
Последний шанс. Выпусти нас, и мои друзья сохранят тебе жизнь.
Пацан, бледный как смерть отшатнулся назад. Затем все-таки переборол страх и сделал шаг обратно к клетке, чтобы забрать миску. В этот момент бандит со всей силы саданул ногой по прутьям двери. Та с грохотом распахнулась, отшвырнув в сторону замок приложив паренька металлом по морде. Он отлетел назад. Попытался подняться, но бандит такого шанса ему не дал.
Прыгнул вперёд, за долю секунды очутившись рядом с ним. Одна из его клешней сомкнулась на горле пацана. Вторая схватилась за голову. В следующее мгновение послышался отвратительный, влажный хруст и лицо бедолаги повернулось на все сто восемьдесят градусов. Тело дёрнулось и обмякло, повиснув на руках убийцы.
— Ну, я ему аж три шанса дал, — проворчал бандит, срывая с трупа связку ключей, — Не воспользовался — сам виноват. Ладно, посмотрим.
