И пока мы здесь, никто никого не будет убивать. Воспользуйтесь этой возможностью. Засуньте свои обиды, счёты и свою гордость себе же в жопу, и попытайтесь хотя-бы выслушать друг-друга. От этого, в конце-концов, зависят жизни. Десятки тысяч жизней, мать вашу! Вы уверены, что готовы их положить лишь ради того, чтобы поквитаться друг с другом?
На некоторое время в комнате повисла напряженная тишина, в которой можно было услышать, как на улицах мёртвого города продолжают завывать заражённые. Впрочем, длилось это недолго.
— Мы согласны, — ответила за своего товарища колдунья, — Мы будем говорить. Только не здесь и не сейчас.
— Сюзанна… — в голосе мага послышалось нескрываемое удивление, — Ты что, хочешь говорить с этими отродьями?
— В этих «отродьях» человеческого осталось побольше, чем в тебе Альберт, — отрезала магичка, — Ты сам видел, что они сделали первым делом, когда пришли сюда. Принялись спасать своего врага, рискуя при этом собственной жизнью. Многие люди на такое способны? Ты на такое способен? Если нет, то будь добр заткнись, и дай более разумным людям попытаться разгрести ту кашу, что ты здесь заварил, — она повернулась ко мне и смерила меня пристальным, колючим взглядом, — Я надеюсь, ваш протеже тоже проявит благоразумие и не будет кидаться на нас с мечом.
Мне и правда не хотелось бы снова лить кровь. Её уже и без того пролилось с избытком.
Дитрих открыл было рот, чтобы рассказать ей, что он обо всём этом думает, но я не дал ему этого сделать. Перебил.
— Будет. Он сейчас слаб настолько, что просто не сумеет поднять меча.
А если попытается что-нибудь этакое выкинуть, то мы сами с ним разберёмся.
— Хорошо, — кивнула колдунья, — В таком случае собирайтесь. Идти недалеко, да и здесь нам всё равно не дадут поговорить нормально, — она на мгновение замолчала, прислушиваясь к воплям и стонам доносившимся с улицы, и спустя несколько секунд добавила, — А заодно и посмотрите, как мы тут… живём.
Глава 32
«Примирение сторон»"
"Из ратуши всё-таки вёл чёрный ход. И как полагается любому мало-мальски приличному чёрному ходу, он был довольно качественно замаскирован.
Начинался он в стене первого этажа. Стоило колдунье надавить там на одну неприметную плитку и кусок кирпичной кладки с гулким, ржавым скрежетом отъехал в сторону. За стеной обнаружился довольно широкий лаз, упирающийся в крутую винтовую лестницу, уходящую внутрь скалы. Первое время шли медленно и молча. Дитрих едва переставлял ноги, а на правую почти не мог наступать.
