И еще большая дурочка, что все эти дни вспоминала об этом и желала ему помочь.
Несмотря ни на что вытащить из той ямы, в которую собирались столкнуть его конкуренты.
— Я пойду с тобой, — сказал Глеб, когда мы остановились у кабинета.
Я заметила табличку с фамилией «Аверин А.Г.» и мысленно скрестила пальцы на руках.
— Разве тебе со мной можно?
— Мне можно, — усмехнулся он. — А после я отвезу тебя в наш любимый ресторан. Мы давно никуда не выбирались. Или вместе прогуляемся по магазинам? А может, возьмем Дину и сходим в парк?
Разве я смогу теперь избавиться от страха, что меня ждет новый удар по лицу? Сколько бы нежности и заботы он не проявил, но этого будет мало и не заставит меня забыть обо всем, во что он превратил нашу семейную жизнь.
— Я никуда не хочу. Давай быстрее закончим с этим, — я кивнула на дверь, чувствуя, как по спине льется холодный пот.
Динар предупреждал, что Глеб захочет пойти со мной в кабинет к следователю, наплевав на то, что это запрещено законом. Надеюсь, что этот самый Аверин действительно на стороне Максима, иначе все закончится очень и очень плохо.
— Садись, — Глеб отодвинул стул и указал на него глазами.
Меня словно загнали в камеру пыток. Господи, за что? Как бы мне хотелось закрыть глаза и проснуться, когда все закончится. Я думала, что это будет ни к чему не обязывающая беседа со следователем в присутствии мужа, но даже представить себе не могла, что переступив порог кабинета, мне придется говорить все эти ужасные вещи про Максима.
— В ваших показаниях и ранее допрошенных лиц имеются существенные противоречия. Я вправе провести очную ставку, — Антон Григорьевич потянулся к телефону и попросил привести в его кабинет подозреваемого, а у меня затряслись руки.
Мерзавец! Какой же Глеб — мерзавец! Зачем он все это затеял? К такому повороту событий я была не готова. Чтобы Динар и Алиса теперь не придумали, Глеб ни за что не оставит нас наедине со Шведовым, даже в присутствии следователя. А от мысли, что я сейчас увижу Максима и должна буду повторить все свои слова, хотелось лишиться чувств.
25
Надя"
"Мне показалось, что стены кабинета сжимаются, сдавливают меня, лишая возможности сделать полноценный вдох. Как рыба выброшенная на берег, я открывала и закрывала рот, глядя на следователя, но тот опустив голову, не обращал на нас с Глебом никакого внимания.
Спустя несколько минут, которые показались мне вечностью, дверь в кабинет открылась, и я увидела Максима.
