Надеюсь, это был не наркотик, чтобы Глеб до кучи обвинил меня в том, что я еще и наркоманка? А может быть, пока я спала, врач осмотрел меня, чтобы Глеб впоследствии смог использовать это против Максима? Как и этот кровоподтек на лице, сказав, что я вернулась домой уже с ним?
— Надежда Сергеевна, у вас все хорошо? — в дверь постучали, и я вздрогнула, услышав голос Кати.
Няне, которую выбрала для Дины два года назад, я доверяла, но после всего, что произошло в моей жизни, даже на нее полагаться было опасно.
Быстро проверив сообщения на телефоне, который выдал мне Шведов, я снова выключила его и спрятала в тайнике. Глебу о нем лучше ничего не знать.
— Да, все нормально, — отозвалась я и открыла дверь.
Этой ночью я многое вспомнила: и свой первый раз со Шведовым и наши непродолжительные отношения… Почти все восстановила по крупице, за исключением одного: почему я плакала и чувствовала сильную боль в груди, когда попала в аварию? Это было совершенно точно не из-за ссоры с отцом. Наверное, чтобы восстановить эти воспоминания, потребуется чуть больше времени?
Поздно вечером Глеб вернулся домой, а меня начала бить дрожь от осознания, что он сейчас переступит порог спальни и снова начнет каким-либо образом давить на меня.
Дина уснула со мной, а я решила, что эти дни никуда не отпущу от себя ребенка. Совершенно не представляла, как лечь с Глебом в одну постель. Ему придется меня изнасиловать, чтобы добиться интимной близости.
— Как ты себя чувствуешь? Голова болит? — он вошел в спальню и приблизился к нам.
Я отползла на середину кровати, показывая, что не хочу идти с ним на контакт. — На днях необходимо съездить в участок и дать показания. Против него дать, как ты понимаешь, — он задержал на мне пронзительный взгляд.
— Он ни в чем не виноват… Возможно, тогда пять лет назад он и в самом деле убил человека, но сейчас вы точно поменялись с ним местами, и это ты задумал избавиться от меня…
— Чушь не неси! Если бы я этого хотел, тебя бы давно уже не было в моей жизни.
Надя, это он преступник и убийца. Ты кого собралась выгораживать?
Я снова задалась вопросом: был ли Глеб в курсе, кто отец Дины? Скорее всего, да. Поэтому я приняла благоразумное решение промолчать, чтобы не получить новый удар по лицу.
— Если ты не сделаешь так, как я хочу, знай, моя любовь и терпение не безграничны. А еще у меня в сейфе лежат документы на случай твоих выкрутасов. Там отказ от дочери и все доверенности на твое имя.
