Так для тебя понятнее? Он затянул удавку на твоей шее и уверен в том, что без девочки ты никуда не уйдешь из его жизни.
— Зачем так жестоко? — мой голос задрожал, а вилка выпала из рук.
— Ты задаешь этот вопрос не тому человеку, — он встал из-за стола и взял со спинки стула пиджак. — Я буду ждать тебя внизу. Мне нужно сделать пару звонков.
Он вышел из гостиной, а я осталась один на один со своими мыслями, которые терзали меня на части и не давали сделать полноценного вздоха.
34
НадяЗабрав сумку с вещами из спальни Максима, я спустилась вниз.
Наши встречи вряд ли начнут носить систематический характер. Ведь он явно вернулся не за тем, чтобы склеить свое разбитое сердце? Впрочем, как и мое.
Шведов спрятал телефон во внутренний карман пиджака, опустил глаза на сумку в моих руках, и нахмурился.
После его слов о том, что Дина ему не дочь внутри как будто образовалась пустота. Сейчас бы встретиться с Глебом и прямо спросить у него, что случилось в день родов, но, где гарантии, что он что-то мне расскажет?
Всю дорогу Максим бросал на меня короткие взгляды, а я мечтала поскорее оказаться рядом с Диной и обнять ее.
Чтобы ни случилось в прошлом — она моя дочь. И ничто этого не изменит. По крайней мере в моих чувствах к ней.
— Ты обещаешь не делать глупостей? — по салону разлился низкий и спокойный голос Шведова, заставляя меня повернуть голову и взглянуть на него."
"Если до этого дня я считала, что мое психическое состояние под контролем, то сейчас очень в том сомневалась. Столько ударов получить за такой короткий срок… Какой окажется следующим?
— Что ты под этим подразумеваешь? — тихо спросила я и снова отвернулась к окну.
— Ты сейчас напоминаешь мне себя, когда я узнал о смерти отца. Люди на эмоциях часто не осознают, что делают. Совершают ошибки, а потом жалеют о них. Даже если анализ покажет, что Дина не твоя дочь, то это уже не имеет никакого значения. Нужно думать о будущем.
— Не имеет значения… — эхом повторила я и сильно зажмурила глаза.
А для меня имело! Он ведь до сих пор винил себя в смерти своего отца? Вот и я теперь всегда буду винить себя в гибели нашего ребенка.
Мне не стоило ехать в тот день домой, нужно было остаться с Максимом, и возможно, ничего этого не случилось с нами: я бы не позволила ему совершить никаких глупостей, а он бы не убил человека. Мы бы вместе узнали, что станем родителями и все сложилось в нашей жизни по-другому. От этих мыслей можно было сойти с ума и сейчас я была к этому близка.
