Он проводил ее задумчивым взглядом, затем сосредоточил внимание на мне.
- Ну, все ясно, - заметил насмешливо, но под этим тоном крылась какая-то горечь, отражавшаяся разочарованием в его глазах. - С ним была, да?
- Не думаю, что тебя это касается, - откликнулась сухо.
Он оттолкнулся от стены, на которую опирался, и проговорил:
- Ничему тебя жизнь не научила, Цветочек.
- Ты меня обманул, - парировала я в ответ.
Он удивленно изогнул брови, что вновь придало его лицу насмешливое выражение.
- Да? И в чем же?
- Маша - не твоя дочь!
Произнеся эти слова вслух, я вдруг обрадовалась тому, что не успела сказать дочери, что Малиновский - ее отец, решив дать ей время на то, чтобы к нему привыкнуть.
А как глупо могла бы выглядеть теперь, если бы поторопилась с объявлением этой новости!
Впрочем, Артур отчего-то не выглядел ни сколько-нибудь смущенным, ни тем более - виноватым.
- И с чего ты это взяла? - поинтересовался спокойно.
- Костя сделал тест…
Его широкая, победная улыбка заставила мою речь оборваться.
Я поняла, как все это звучало…
- Костя сделал тест, - повторил он размеренно. - Костя. Не ты."
"Он мог не пояснять, какой смысл вкладывает в эти слова, но Артур настойчиво добавил:
- Он сделал тест и я сделал тест. Так почему ты решила, что из нас двоих лгу именно я?
У меня не было железобетонного ответа на этот вопрос. Но имелось то, с чем спорить было чертовски трудно.
- Я ему верю, - ответила просто, смело глядя Малиновскому в глаза.
Он улыбнулся, не скрывая сожаления.
- Интересно даже, чем он заслужил такую преданность с твоей стороны? И такую неприязнь - я?
Вопрос был вполне логичным. Но ответ на него лежал далеко от логической плоскости. Ответом были чувства, которые я испытывала к Лаврову и о которых не торопилась кричать всем вокруг.
- Интересно получается… - продолжил Артур. - Спит с тобой, будучи женатым и связанным обязательствами, он, а плохой почему-то при этом я. Несправедливо, не находишь?
Это и в самом деле было несправедливо.
В конце концов, я ведь и не знала Артура по-настоящему до того, как завертелась вся эта история, и судила о нем исключительно поверхностно…
Вот только это не отменяло того факта, что мне абсолютно нечего было ему дать.
И он это, кажется, понял. Без слов.
- Смотри не пожалей, Цветочек, - коротко обронил он, прежде, чем скрыться в лифте.
Последние сказанные Артуром слова вспомнились мне раньше, чем я того хотела бы - прямо на следующий день.
