Лученков согласился!
– Еще бы! Куда ему деваться? Деньги-то возвращать надо? Ладно! Молодец! Сыграл отлично! Когда отправляете автопоезд?
Молоканов ответил:
– Как и договаривались, в понедельник!
– Что за машина? Кто водила? Один будет или с напарником? Последнее нежелательно!
– Водила будет один! А вот на остальные вопросы я тебе отвечу, когда отправлю машину в рейс.
Барсук спросил:
– Уверен, что Лученок ни о чем не догадывается?
– Уверен! Он проблему скинул на меня. Да и водку будет жрать, пока все не разрешится.
– Тогда не забудь отправить фуру через Партизан, но чтобы это нигде документально не было зафиксировано!
– Не забуду! У меня, вообще, память хорошая, Игорь Михайлович!
Леонов усмехнулся:
– Намек понял. Я от своих слов не отказываюсь. Уберем Лученка, ты на фирму сядешь! Полновластным и единственным хозяином. Мне с тобой проще работать!
– Конечно! Если учесть, что тридцать процентов прибыли пойдут в твой карман!
– Зато будешь работать спокойно!
– Да! Это стоит того, чтобы отдать тридцать процентов!
– Тогда до понедельника?
– До понедельника, Игорь Михайлович! Я отзвонюсь, как только груз пойдет на Партизан!
– Хорошо! Пока!
– Пока!
Молоканов оценивающе посмотрел на особняк Лученкова.
Подумал: неплохой дом! И скоро он перейдет к Юрию Петровичу вместе с фирмой, а возможно, и с красавицей Мариной! Хотя на хрена ему еще и она? Пусть валит туда, откуда ее вытащил Лученков.
Совладелец «Каравана» сел в свой новый «Опель». Выехал с территории усадьбы шефа, направился домой.
Ему еще следовало детально продумать план подставы Лученкова. Малейшая оплошность грозит повлечь за собой непредсказуемые, губительные последствия. В игру Молоканов впрягся нешуточную, смертельно опасную. Но она стоила того!
Глава 2
Москва, 9 июляВ то время как чета Куприяновых обсуждала брата Андрея, Владимир Лазаренко, «крутой и бездушный бизнесмен», перекусив в ближайшем кафе, вернулся в свою служебную квартиру. Почему в служебную? Потому, что под видом богатого предпринимателя в ней проживал командир отдельной снайперской группы капитан секретного подразделения ФСБ России Владимир Семенович Лазаренко.
Если бы Куприяновы знали об этом, то не осуждали бы брата Андрея, но они ничего не знали и не могли знать об истинной профессии Владимира. А Лазаренко не мог открыться им. Отсюда и те отношения, что сложились между братьями и отдельно между Владимиром и родной матерью, которая также не ведала, чем на самом деле занимается ее сын от первого брака.
