— Вот, — кладет Фёдора ей на колени, насупившись. — Он останется с тобой, чтобы тебе не было одиноко.
Я успеваю заметить в глазах мамы панику. Она этого Фёдора тоже недолюбливает и даже боится. Как-то раз предлагала привести батюшку, чтобы он квартиру и камень этот жуткий освятил.
— С Фёдором мне точно не будет одиноко, — сипит она, а потом все же берет себя в руки и улыбается, смахивая слезинки с красных щек Вани. — Ты же будешь приезжать к бабушке в гости… поэтому можешь забрать Фёдора с собой.
— Нет, пусть останется, — косит взгляд на Фёдора и надувает губы, сдерживая в себе слезы.
— А то ты одна… А так будет Фёдор…
Мама смотрит на меня, ожидая поддержки. Я, наверное, должна сейчас спасти ее от камня, в который точно кто-то вселился, раз всех пугает, но я улыбаюсь:
— Да, мам, тебе с Фёдором не будет скучно.
— Ба… — Ваня прижимается к маме с объятиями. — А я часто буду к тебе приезжать?
— Когда захочешь.
— Завтра? — Ваня поднимает взгляд, полный надежды. — Завтра можно? Я уже скучаю…
— Можно и завтра, — мама кивает.
— А сегодня?
Удивленно вскидывает бровь.
— Можно и сегодня, — наконец отвечает она.
Ваня садится на кровать и приваливается к ней, печально глядя на меня:
— Это папа сказал, что надо Фёдора оставить, чтобы бабуле не было скучно.
Поднимаю ехидный взгляд на маму. Вот тебе благодарность Адамушки прилетела. Как тебе? Подгадал момент и подставил тебя с Федором.
— Какой у тебя папа заботливый, — мама поглаживает переносицу.
— Да, — Ваня вздыхает.
— И обещал новые игрушки.
Замечательно. Адам пошел уже на подкуп и, конечно же, он сработает, ведь у него есть все возможности удивить сына самыми дорогими и крутыми игрушками, от которых у любого ребенка крышу снесет. Будут у Вани и динозавры, что умеют сами ходить, и радиоуправляемые машинки…
— Я пойду водички выпью, — встаю и шагаю к двери.
— Мама-копуша, — Ваня сползает с кровати и хватает мои шорты. — Ей надо помочь собрать чемодан.
Выхожу из комнаты, приглаживаю волосы и медленно выдыхаю.
Может, я зря так себя извожу? Может, у Адама действительно остались ко мне чувства и он хочет со мной семьи?
— Диан, я же сказал, я сейчас не могу, — слышу я тихий и злой голос Адама, когда подхожу к приоткрытой двери кухни. — Я занят.
Хмыкаю, сжимаю переносицу и кусаю себя за внутреннюю сторону щеки. Так, была Настя, теперь есть Диана. Миленько.
— Когда освобожусь, тогда сам позвоню.
Вхожу. Сидит у чемоданчика среди забракованных Ваней игрушек.
