Но что-то подсказывало Шубину, что с тем же успехом они могли иметь при себе церковное кадило.
– Свои, со мной товарищи с Большой земли, – громко объявил Жмаков.
Постовые застыли, недоверчиво всматривались в полумрак. У одного были сержантские треугольники в петлицах, у другого – полоска ефрейтора. Они подслеповато щурились.
Шубин расстегнул комбинезон, продемонстрировал знаки различия, представился. Часовые недоуменно переглянулись, стали робко улыбаться. Один побежал к начальству с докладом."
"Вскоре из полумрака показался небольшой костер, вокруг которого сидели люди.
Ефрейтор что-то сбивчиво говорил, глотал слова. Мужчина лет пятидесяти с короткой стрижкой и простым русским лицом нахмурился, начал вставать.
За костром сидела женщина в шинели, накинутой на плечи. Другая лежала рядом с ней, подогнув ноги в стоптанных сапогах. Они повернули головы на шум. У нее были черные волнистые волосы, смешанные с грязью.
Люди поднимались, вели себя сдержанно, смотрели с подозрением. Лысоватый майор с осунувшимся лицом как-то ненароком пристроил пальцы на кобуру и стал нервно постукивать по застежке.
– Это свои, товарищи, – волнуясь, сказал Жмаков. – Разведка из Пятьдесят девятой армии ищет генерала Власова. Я почти до Ярков дошел, меня полицаи поймали, а эти парни за метеостанцией сидели, положили их.
– Не волнуйтесь, товарищи, – тихо сказал Глеб. – Мы именно те, за кого себя выдаем. Старший лейтенант Шубин, полковая разведка. Со мной пятеро. Было больше, но люди погибли.
– Подходи к костру, старший лейтенант, а то не видно тебя, – хрипло сказал поднявшийся мужчина.
Шубин вступил в круг света.
Мужчина всмотрелся в него, неуверенно протянул руку. На плечи этого человека была наброшена летняя шинель. В петлицах проступали две большие звезды.
По спине Шубина заструился пот. Сознание отказывалось верить, что они нашли тех, кого искали. Но где генерал Власов? Среди присутствующих его не было.
Он пожал протянутую руку, невольно встал по стойке «смирно».
– Не вытягивайся, старлей, к черту эти манеры, – заявил мужчина.
– Генерал-майор Алферьев Петр Федорович, заместитель командующего Второй Ударной армии. А это генерал-майор Боев Виктор Афанасьевич, начальник артиллерии той же самой армии.
Поднялся человек когда-то представительной наружности с полосками седины в темных волосах и щеточкой усов под носом.
Шубин обменялся рукопожатием и с ним.
– Присаживайся, старлей, гостем будешь, – радушно предложил Боев. – И парни твои пусть устраиваются.
