– На той дороге нас точно заарканили бы!
– Да сделал уже, чего спрашиваешь? – проворчал Шубин, припадая к карте.
Сумерки густели, ему пришлось включить фонарь.
В принципе направление он выбрал правильное, но дорога, на которой они оказались, пребывала в ужасном состоянии. Она тянулась вдоль обрыва, потом свернула в какой-то разлом, шла вверх, вся в буграх и провалах. Проехать по ней удалось метров двести. Потом грузовик уперся в глиняный завал и встал.
– Достаточно, – прокомментировал Шубин это событие. – Хорошего помаленьку.
Будем дальше судьбу искушать и нарвемся на крупные неприятности.
– А ты молодец, Шубин, – сказал генерал Боев. – Лихо действуешь.
– Вы тоже не промах, товарищ генерал-майор. Сохранили людей, достойно вели себя в бою.
– Ну, спасибо, старлей, – генерал снисходительно усмехнулся, но было видно, что он польщен.
Группа перебралась через разлом и засветло продвинулась еще на километр.
На востоке раздавались звуки канонады, но кто в кого стрелял, было непонятно. Что изменилось на фронте за прошедшую неделю? Где советские войска? Глебу горячо хотелось надеяться, что они стоят на тех же позициях.
Где-то слева гудела вражеская колонна. Фашисты перебрасывали части.
Когда беглецы дошли до соснового леса, окончательно стемнело. В двенадцатом часу ночи они миновали Утиный Брод. С этой деревни началась немыслимая одиссея старшего лейтенанта Шубина, здесь погибли Завадский и Шемякин.
Мимо деревни люди прошли по опушке, углубились в лес. Болотные испарения в этот час не отталкивали, а привлекали.
Давно выведена формула: чем больше болот, тем меньше фашистов. Места уже были знакомые, в свете фонаря петляла дорожка между кривыми деревьями.
– С тропы не сходить! – распорядился Шубин. – Желательно держаться друг за друга.
Ойкнула Татьяна Викторовна. Провалилась в болото элегантная женская ножка. Чуть не сверзился в топь генерал Боев. Полковник Игнатов схватил его за хлястик.
Страшных последствий удалось избежать. Все вернулись на тропу.
– Картина есть такая, – отдуваясь, просветил публику Боев.
– «Слепые» называется. Автор – голландский живописец Питер Брейгель Старший. Слепые идут цепочкой, держатся друг за друга. Первый недоглядел, свалился в канаву, остальные за ним.
До выхода из болота оставалось недолго. А дальше снова вилами по воде.
К реке они вышли в стороне от того места, где совершали памятную переправу. На карте был обозначен брод. Он действительно здесь находился. Люди слезали с обрыва на покатый берег, спешили к воде.
