Он помчался вперед, выхватывая из подсумка гранату.
– Лежать, никому не вставать! – выкрикнул старший лейтенант, вырвал чеку и перебросил гранату через дорогу.
Эсэсовец истошно орал, видел, что происходит. Треск взорвавшейся гранаты заглушил его вопли. В последний момент он бросился бежать, но осколки поразили спину, перебили позвоночник, раскроили затылок.
Снова возник на арене Ленька Пастухов. Он пробежал вдоль правого борта грузовика, подкрался к нему с тыла, приподнялся, держа автомат одной рукой, выдал очередь в кузов.
Ничего не произошло. Ленька вскарабкался на борт, отогнул брезент и с торжеством проревел:
– Нет здесь никого! Мы всех перебили, товарищ командир!
Другой столь же отрадной новости и не придумаешь!
Разведчики вихрем вынеслись из леса, бросились на дорогу.
– Вставайте, товарищи!
Люди поднимались, неуверенно улыбались.
С каким-то душещипательным воем бросилась Глебу на шею Татьяна Викторовна Стрельникова, лохматая, как лахудра, в порванной гимнастерке, из-под которой выглядывало несвежее нательное белье.
Шубин оторопел от такого напора. Вот только бурных ласк не хватало ему в текущей ситуации! Женщина смеялась, размазывала слезы кулачками.
Подходили другие, избитые, окровавленные, но вроде бы целые – полковник Василенко из отдела армейской разведки, член военного совета подполковник Кравец, майор Верещагин, подполковник Игнатов. Они смеялись, тискали разведчиков, как любимых загулявших родственников. Скалился, сияя свежей дыркой в зубах, красноармеец Панин. Лез обниматься лейтенант Жмаков, вполне живой, весь охваченный эмоциями, хотя и с лепешкой запекшейся крови на виске.
Генерал-майор Боев кряхтел, ноги у него разъезжались.
Глеб помог ему подняться. Тот тоже начал обниматься, схватил Шубина за плечи, отстранил от себя, начал всматриваться так, словно не узнавал, потом зашелся каким-то каркающим смехом. По лбу начальника армейской артиллерии расплывался фиолетовый синяк.
– Вы пострадали, товарищ генерал-майор?
– Да уж, приголубили фрицы, еще не разобрались, кто перед ними, двинули казенником.
Когда выяснили, знаешь ли, извиняться не стали. Молодцы, товарищи, вовремя прибыли. Намекаешь, что еще повоюем, Шубин?
– Намекаю, товарищ генерал-майор. А если повезет, то и мирной жизнью успеем насладиться. Ладно, все это очень трогательно, но надо сваливать отсюда. Пастухов, проверь машину! Возможно, заведется.
– Слушаюсь, товарищ старший лейтенант! – Возбужденный боец прыжками понесся к грузовику, влез в кабину.
