Тысячи крапин золотистого света заиграли на плескавшейся несколькими футами ниже его ног тёмной воде, озарив чёрную скальную стену.
— Видишь? — негромко спросил Дамблдор, поднимая повыше волшебную палочку. И Гарри увидел в обрыве расщелину с бурлящей в ней тёмной водой.
— Ты не против того, чтобы немного помокнуть?
— Нет, — сказал Гарри.
— Тогда снимай мантию-невидимку, здесь она ни к чему, и давай окунёмся.
И Дамблдор с неожиданной для седовласого волшебника живостью соскользнул с валуна, плюхнулся в воду и, держа в зубах волшебную палочку, образцовым брассом поплыл к тёмной трещине в скале.
Гарри стянул мантию, сунул её в карман и последовал за ним.
Вода оказалась ледяной; пропитавшаяся ею одежда липла к телу, норовя своим весом утянуть Гарри на дно. С силой дыша, отчего ноздри наполнялись едким запахом соли и водорослей, он плыл на мерцающий огонёк, который уходил теперь всё дальше в скалу.
Расщелина вскоре завершилась тёмным тоннелем, во время прилива, как понял Гарри, целиком заполнявшимся водой.
Скользкие стены тоннеля отстояли одна от другой самое большее на три фута, проплывавший мимо них свет волшебной палочки Дамблдора заставлял стены мерцать наподобие мокрого гудрона. Вскоре тоннель повернул влево, и Гарри увидел, что он глубоко вдаётся в стену обрыва. Гарри плыл за Дамблдором, цепляя кончиками немеющих пальцев шершавый, мокрый камень.
И вот он увидел впереди выходящего из воды Дамблдора, его серебристые волосы и чёрный плащ поблёскивали во мраке. Добравшись до этого места, Гарри ощутил под ногами ступеньки, ведшие к большой пещере.
В промокшей одежде, с которой струями стекала вода, он поднялся по ним; воздух здесь был тих и студён, и Гарри пронизала неукротимая дрожь.
Дамблдор стоял в середине пещеры, высоко подняв волшебную палочку, и медленно поворачивался вокруг своей оси, оглядывая стены и потолок.
— Да, место то самое, — сказал он.
— Откуда вы знаете? — шёпотом спросил Гарри.
— Здесь совершалось волшебство, — просто ответил Дамблдор.
Гарри не взялся бы сказать, от чего он дрожит — от холода, который пробрал его до костей, или от ощущения, что здесь когда-то творились чары.
Он продолжал наблюдать за Дамблдором, который так и вращался на месте, видимо вникая во что-то, чего Гарри видеть не мог.
— Это всего лишь простая прихожая, вестибюль, — спустя несколько мгновений сказал Дамблдор. — Нам необходимо проникнуть внутрь, и теперь путь нам преграждают препятствия, созданные лордом Волан-де-Мортом, а не природой.
