– Но почему? – Я вцепилась в свой наряд.
Ладони внезапно вспотели, и так остро захотелось жить.
– Во-первых, – ведун зловредно усмехнулся, – я не могу пойти вперед тебя, потому что мне нравится вид под твоим покрывалом. И я непременно еще раз его оценю, если начну забираться за тобой. А во-вторых, я обещал доставить тебя максимально живой. Опять-таки, это покрывало может помешать мне выполнить наказ любимой бабушки.
– Но…
– Ползи, я сказал! – рявкнул он.
Я бы, может, и поспорила, но на нас уже поглядывали остальные.
Поймав лестницу и мысленно молясь всем известным богам, осторожно начала восхождение, не зная, что страшнее: сорваться самой или потерять одеяло. На последней перекладине меня ухватили под руки стюарды и затащили в салон странного транспорта. Вслед без всякой помощи вкарабкался господин Валынский.
Я тяжело дышала и мысленно падала в обморок. Цела. И плед при мне. И вообще я герой!
Обняв за плечи, Эмес повел меня вперед. Сиденья здесь были такие же удобные, как и в предыдущем автобусе.
– Держи, – мне на колени легли бумажные пакеты из харчевни, – будет чем заняться. А я вздремну. Не люблю полеты.
Я растерянно пожала плечами и достала хрустящий хлеб. Такое путешествие мне нравилось больше.
Дирижабль тронулся и плавно заскользил в небесах, мягко касаясь облаков.
* * *Восторг! Чистое, ни с чем не сравнимое счастье!
Внизу проплывали леса и желтые поля пшеницы, деревеньки, домики с черепичными красными и синими крышами и дымоходами."
"Позади дирижабля раздалось громкое конское ржание.
Ничего не понимая, я высунулась в открытое окно.
Пегасы! Настоящие белоснежные лошади с шелковыми гривами размахивали могучими крыльями. И не только белые, к небольшому табуну присоединились и пегие красавцы. Рыжий жеребенок. И черный…
От умиления я прослезилась. Такая грация. Как они парили… то вверх, то вниз…
Желая лучше рассмотреть чудо, я чуть ли не по пояс вылезла наружу, но меня тут же ухватили за плечо и вернули в прежнее положение.
Оконце захлопнулось.
– Эй, – насупившись, глянула на своего сопровождающего, – там же пегасы, я хочу посмотреть.
– Это опасно. – Он залез рукой в мой пакет и достал гренок.
– Чем? Что в летающем табуне столь совершенных созданий может быть опасного?
– Да много чего. – Эмес нагло уничтожал мой жареный хлеб. – Но главное, гадят они совсем не как божественные твари. И больше всего ненавидят, когда в их небе – а они полагают, что это их территория, – летают всякие шары.
