Это она пыталась намекнуть, что я слишком много ем?
Мой сопровождающий, не удостоив ее ответа, молча ждал немедленного исполнения просьбы.
– Конечно, господин. – До девицы наконец дошло, что реплики ее оказались не к месту.
Прижав к груди дощечку с меню, она спешно скрылась в помещении кухни.
Дверь в харчевню скрипнула, и вошли новые посетители.
– Нужно поспешить, Алевтина, иначе застрянем здесь до вечера.
Я оторвала взгляд от богато одетой дамы. Ее длинное серое платье в пол выгодно гармонировало с сумкой, на которой красовался лейбл известного итальянского дома моды.
– Тогда идем.
Я кивнула, разморенная сытной трапезой.
Нам принесли несколько бумажных пакетов. Рыжий кинул на стол медные монетки, и мы покинули харчевню.
* * *Помимо нас на ничем не примечательной платформе таинственный дирижабль дожидались еще несколько дам. Они стайкой сидели на кованой лавочке и вели неспешный разговор. В какой-то момент я поймала на себе взгляд сначала одной из них, затем второй. Молодые женщины поглядывали на мое одеяние и, покусывая щеки, пытались сдержать улыбку.
Тяжело вздохнув, я примирилась с участью быть центром насмешек еще как минимум час, а то и больше, и поправила одеяло, завернув один его конец глубже, чтобы крепче держалось.
– Летит, – негромко произнес господин Валынский.
Подняв голову, без труда нашла в чистом небе точку. Она стремительно увеличивалась, пока не приобрела свои нелепые очертания, и эта конструкция была не похожа на то, что рисовали художники и ловили в кадр фотографы прошлого века.
Создавалось впечатление, что на воздушном шаре невероятно огромных размеров подвесили автобус.
– Это и есть дирижабль? Несуразица какая-то.
– Не совсем. – Эмес прищурился. – Здесь имеют место небольшие временные завихрения. Корпус не смог принять облик цеппелина, соответствующий эпохе, вот и выглядит так странно.
Я подтянула одеяло, терзало меня нехорошее предчувствие.
Нелепая махина замерла над нашими головами и, кажется, приземляться не собиралась, если она вообще на это способна.
– А как в него попасть? – Я задрала голову, рассматривая днище. – Он же в воздухе.
Словно в ответ на вопрос перед моим носом появилась веревочная лестница.
– Это что, шутка? – Отступив на шаг, заметила, как наверху отворили двери в ожидании посадки.
– Нет. Вперед! – Эмес указал пальцем в небо. – И поспеши.
Проявив малодушие, отступила еще на шаг.
– Только после вас!
Сверху свистнули, и веревочная лестница качнулась.
– Не выйдет, Алевтина. Дамы вперед.
