Тихо засмеявшись, он снова прошелся веничком по моему заду.
Глава 47
Такого оживления в нашем поселении не было уже давно. По ровным деревенским дорожкам бегали мальчишки, запускающие воздушных драконов, которых в свободное время делали воины Вегарта. Под их ногами мягко проминалась земля. Детвора галдела, всматриваясь в глубокое чистое небо.
Ветер гонял со двора во двор лепестки цветов. Этим летом их было столько, что каждый забор украшали небольшие букетики, которые собирали девушки, гуляя по округе.
Со стороны реки слышался звонкий смех.
Молодежь резвилась. Парни купались.
Сорвав с куста крупную ягоду черной смородины, я пошла к калитке. Уж больно интересно было, куда все пропали. Только Амма с утра на кухне возилась, непонятно зачем пекла гору сладких пирожков, и меня помогать не пускала. Ворчала и гнала одеться приличнее.
Во дворе ни Руни, ни Юниль, ни Льюиса.
Прямо загадка. Выйдя на улицу, удивленно приподняла бровь.
Брат нашелся. Он подпирал забор отчего-то с этой стороны.
Завидев меня, Руни внимательно оглядел платье, кивнул сам себе и, сняв с забора непонятно откуда взявшийся венок из красных цветов и ягод, надел его мне на голову.
— Ты чего?! — Я потянулась, чтобы снять его."
"— Даже не думай, — его голос звучал всё ещё грубовато, но с каждым днем он говорил лучше и четче.
На радость всем, особенно Амме. Я хорошо помнила, как мы вернулись в деревню, и, войдя в дом, Руни обнял её и с трудом поздоровался. Сколько слез она пролила в тот вечер! Всё ходила за ним по пятам и учила проговаривать всё новые и новые звуки.
Он хмурился, но не перечил ей.
— И зачем мне ходить с этим на макушке? — Брат прищурился и взглянул куда-то поверх моей головы. — Да что происходит? Где все?
Я старательно пыталась высмотреть, что его заинтересовало на дороге. Или кого он ждет?
Соседняя калитка открылась, и показался Смешка. Взглянув на меня, он звонко засмеялся и позвал родных. Через несколько секунд на улицу вывалило всё семейство. Даже детишки годовалые и те на руках у мамок сидели.
— Руни? Да что происходит?
— Стоишь и стой, — проворчал он. — Терпение.
— А зачем мне терпение?
Никто не потрудился ответить. Открылась калитка, и вышла Амма с целым подносом пирожков. Впереди заголосила толпа. Хохот. Улюлюканье.
— Да что творится? — Я сделала шаг вперёд и тут же была поймана за руку братом.
— Руни?
— Не положено, — он усмехнулся. — Я тебя сейчас продавать буду.
— Что?
Опешив, я обернулась на дорогу.
