Всё равно я последняя в баню иду, когда она немного остынет. Ну, пожалуйста!
— Маму спрашивала? — послышался вопрос моего дракона.
Выйдя на тропинку, я остановилась за её спиной. Очень уж хотелось дослушать все аргументы дочери.
— Она не отпустила, велела сидеть во дворе, — Юниль произнесла это так жалобно, словно я её в погребе заперла.
— А раз мама сказала «нет», то чего ты ко мне пришла? — Вегарт понимающе взглянул на меня. — Или ты решила, что моё слово выше её?
— Нет, но иногда она бывает слишком строгой! — Юниль словно ощутила моё присутствие и обернулась.
— Я никогда щенят не видела, а там аж трое!"
"— Ещё увидишь, — голос Вегарта стал суровым, — и запомни на будущее: маму нужно слушать во всем. Но если тебе так важно, то я не разрешаю тебе ни сегодня, ни завтра покидать пределы, очерченные нашим забором. Скучно тебе? Так займи себя делом. Бабушка ведра в баню носит. Руни и Льюис печь топят и дрова собирают. Я, сама видишь, чем занят. Мама сейчас обед пойдет готовить. А ты у нас какую пользу семье приносишь? Щенки никуда не денутся.
Уедем из этой деревни, я тебе подарю собаку. Будет у тебя свой щенок, но пока делай, что велят. И если ослушаешься, Юниль, я буду крайне зол.
— Хворостина, да? — она тяжело вздохнула, давя на жалость. — Все смотрят щеночков, а мне хворостиной по попе. И это справедливость?!
Вегарт сжато улыбнулся.
— Моя мама — твоя бабушка — темная ведьма. Я ваши все уловки с детства выучил. Мне на совесть давить не нужно, Юниль. Не поможет. Марш в дом, взяла метлу и заняла себя делом.
И что-то я не слышал, чтобы тебя хоть раз кто хворостиной приласкал. Так что я даже грозиться ей не стану. Но поверь, накажу так, что и прутику, гуляющему по твоему неуемному заду, рада будешь. Я всё сказал.
Всхлипнув, Юниль развернулась и пошла в дом. Ноги передвигала так медленно, будто её сверху чем-то тяжелым приложило. Вот и волочет она на своих плечах великую ношу. Артистка!
Подойдя к Вегарту, снова обернулась на плетущуюся к крыльцу дочь.
— Следи, чтобы не ускользнула.
Они в этом возрасте пакостливые и непослушные. Особенно ведьмочки, — положив топор на пень, Вегарт обнял меня. — Парни знают, что её нужно держать в поле зрения, но всякое случиться может. Сосед этот оборотень? Единственный про кого местные нехотя, но рассказали.
— Слабый и зверь его воли не требует, — я невольно мазнула взглядом по крыше дома неподалеку. — Сколько живу, ни разу не видела, чтобы он оборачивался. Истинную не чувствует, женился на крестьянке.
