А после стребовала с поваров пирогов с мясом.
— Какой ужас! — Мне стало дурно от наглости собственного ребенка. — Я поговорю с ней и пирожки вернем.
— Зачем? — рука Вегарта на моём плече сжалась сильнее. — Она в отличие от тебя, Грета, прекрасно осознает свое новое положение и пользуется им. Хочет ребенок пирожков, значит, получит. Ни с кого не убыло.
— Но она тебе не дочь! — возмутилась я.
— Спорно, — пожал плечами Льюис и пошел следом за Юниль в дом.
— Что? — я непонимающе уставилась на Вегарта.
— Потом, Грета, все объясню.
Разговор не из легких, — он скривился.
— Своим молчанием ты делаешь только хуже, — выпалила я.
— Могу сказать тебе то же самое, волчица. Рассказала бы, что тебя так пугает, может, и нашли бы общее решение.
— Или не нашли, — не удержалась я. — Я тебя знаю всего несколько дней. И при этом ты выказывал ко мне презрение только потому, что я волчица. Но Боги посмеялись над тобой, Вегарт, только я не верю, что такая глубокая ненависть проходит без следа.
Он склонился ниже.
На лице генерала заходили желваки.
— У меня есть причины ненавидеть волчье племя, истинная моя, — процедил он, — но к тебе это не имеет никакого отношения. А девочка твоя и вовсе в бабку пошла. Ведьма. Её отец пил слишком уж много зелья, наверное, страстно хотел сына с ведьминской силой и волчьим оскалом. Но не вышло?!
— Я не знаю, о чем ты говоришь…
— Мыло, Грета, — тяжело выдохнул он, — оно слишком дорогое для деревенской женщины. Какое-то время ты жила в богатом доме и унесла его оттуда.
— Не твоё дело, дракон! — вспылила я.
— Чьей любовницей ты была?! Скажи уже… Кто её отец?
— Мама? — в пылу ссоры мы не заметили, что Юниль снова вышла на крыльцо. — А дядя Вегарт о ком?
За её спиной возник тенью Льюис и очень недобрым взглядом одарил нас. Молодой дракон явно злился из-за нашей несдержанности.
— Не дядя, Юниль, а орин, — исправила я ее.
— А что с моим папой? Почему орин спрашивает о нем?
— Неважно, милая, — я не сводила гневного взгляда с Вегарта. — Его нет в живых, и ты сирота.
— Но ты же была его женой, я у бабушки спрашивала, и Руни подтвердил.
На её лице было столько непонимания. В этот момент я была готова удушить генерала.
— Эта история, малыш, очень запутанная. Но ты не беспокойся. Мы с мамой потом все тебе объясним, — он улыбнулся ей. — А пирожки ты для всех принесла?
— Да, — она кивнула.
Я по глазам видела, не удовлетворил её ответ Вегарта, будет докапываться до правды."
"— Доволен? — шикнула на него.
