— Кто вам разрешил⁈ Я вас всех поубиваю!
Но вокруг центрального стола стоял такой гомон, что Артёма банально никто не слышал. Ребята передавали друг другу блюда, хохотали, ели от пуза и наслаждались жизнью. Впервые за долгое время.
Прохоров ускорил шаг и через боль добрался до коротко стриженного парня, после чего дёрнул его за плечо на себя. Коротко стриженный повернулся, держа в зубах клиновидную кость от куриной грудки. Он сперва улыбнулся, а после ойкнул и шмыгнул в сторону, поняв, что пахнет жареным.
Ощутив прилив уверенности, Прохоров снова завопил, усилив голос маной. Ага, я так и знал, что он может её контролировать!
— Если вы сейчас же не свалите, то я клянусь богами, вы умоетесь кровью и будете молить меня о пощаде! — надрывно дыша, он уставился на толпу, которая, словно всполошенные крысы, ломанулась во все стороны.
Вот только было уже поздно. От угощений на столе остались одни объедки.
— Посли на тлениловки. Пусть этот дуласёк покусает помоев, — усмехнулся я и потащил Серёгу в спортзал.
Глава 14
Сегодня мне повезло! Ведь я застал самое начало дня, посмотрел как наказывают Артёма, а ещё получил по морде… Первым занятием по расписанию были единоборства. После недолгой разминки тренер показал нам комбинацию ударов, которую я худо-бедно повторил, а после велел разбиться на пары и опробовать изученное в бою.
Как вы понимаете, годовалому короткоручке тягаться против пятилетки довольно тяжело. Я использовал покров маны, уклонялся в девяти случаев из десяти, но так или иначе, получал по голове.
Впрочем, на нас были защитные шлемы и мягкие перчатки, чтобы причинить серьёзный урон, нужно было постараться."
"Правда, было совсем не больно, ведь против меня стоял Серёга. Можно сказать, что он стал моим первым другом в этом клоповнике. Сергей работал аккуратно, обозначал удары и сильно в них не вкладывался. Как и раньше, я восторгался его техникой. Такой мелкий, а двигается чертовски хорошо. Ноги так и скользят по канвасу, руки лёгкие и хлёсткие.
— Посему ты не даёс сдаси Плохолову? — надрывно дыша, спросил я, пропуская над ухом прямой удар.
— Кто сказал, што я не огрышаюшь? — спросил Серёга, шипя, как змея, из-за мешающей говорить капы.
— Так он зе тебя всё влемя задилает.
— Он поэтому меня и задирает. Я один из немногих, пытающихшя пробитьшя на вершину.
Серёга, не прекращая говорить, пробил связку «прямой-боковой» и на долю секунды завис, отдёргивая руку назад. Чем я и воспользовался.
