Ален и бровью не повёл на грязные ругательства и угрозы, прекрасно понимая, отчего хозяин дома так себя ведёт.
– Эту бумагу отдам вам, она в единственном экземпляре, как вы сами понимаете, печать короля не подделать и не размножить, и можете поступить с этим документом, как вам заблагорассудится. Сжечь, например, но вы её получите только при одном условии, – чуть прищурив карие глаза, спокойно заметил маркиз, – если поступите так, как я вам велю, естественно.
– Ах ты! Сукин сын! Вздумал мне угрожать? Условия диктуешь, мерзавец?!
В ответ Маркус получил лишь пренебрежительно вскинутые брови и столь же равнодушное пожатие плеч.
Маркиз не боялся сидящего напротив него человека. Но и стерпеть прямые оскорбления тоже не мог.
– Ещё одно слово, Ракот, и вместо королевского топора, будете насажены на мою шпагу. И не когда-нибудь потом, а сейчас.
Открывший было рот граф, с глухим щелчком захлопнул челюсть и с протяжным выдохом плюхнулся в своё мягкое рабочее кресло. Маркус прекрасно знал о возможностях будущего герцога ла Эрвье.
И не ему тягаться с влиянием этой семьи. И уж тем более не устоять против такого умелого фехтовальщика, как Ален.
– Я всё сделаю, – вынув белый платочек из нагрудного кармана, граф отёр взопревший лоб, – выезжаю немедленно!
Маркиз неторопливо встал и весомо добавил:
– Сделаете так, чтобы старуха Молли надолго запомнила урок. Желательно, навсегда.
– Да, лорд ла Эрвье. Карга всё уяснит с первого раза.
***
Джейн
Нас наказали: подвесили за руки так, что суставы вывернулись.
Мы обе испытывали настоящие муки. И если первые полчаса было терпимо, то потом , когда конечности затекли, практически онемели, захотелось волком завыть… Было жутко больно. Каждое микродвижение причиняло невыносимые страдания. Нас истязали извращённо-ухищрённо: чтобы на телах не осталось и следа от экзекуции. Старая сутенёрша, можно сказать, одним выстрелом убила двух зайцев: покарала за непослушание и не попортила товар.
– Прости, Пайпер, – прошептала я, едва касаясь кончиками пальцев ледяного пола, – прости… – горячая солёная капля покатилась по щеке и тяжело упала.
– Ты не виновата, Дженни, – смаргивая слёзы боли, ответила девочка. – Зато теперь можем быть спокойны – мы хотя бы попытались спасти свою жизнь.
– Ты умница, – не сдержалась я и похвалила смелую напарницу.
– Не такая, как ты, – прошептала та в ответ и мы одновременно улыбнулись. Стало чуточку светлее на душе. Когда рядом есть такие люди, многое можно пережить.
