За два месяца в Марселе я устал от этих хищниц так, что сил нет. Джейн, – молодой маркиз заговорщически понизил голос, и по моей спине предательски побежали мелкие волнительные мурашки, – два года, может, даже меньше, побудьте моей супругой – время пролетит быстро, моргнуть не успеете, после мы разведёмся, и я благополучно отбуду в дальние дали. Я часто странствую по экзотическим краям, жить на одном месте для меня пока очень сложно, душа требует приключений. Ну и ещё, – через томительную секунду его улыбка стала ещё шире и какой-то бесшабашно-озорной: – Я очень хочу поставить ваших зарвавшихся родственников на место!
Маркиз, говоря всё это, продолжал сидеть, опустившись на одно колено, всё так же держа коробочку в раскрытой ладони, а я молчала, внимательно изучая мужественное лицо визави.
Молодой человек находился так близко ко мне, что я невольно залюбовалась: и морщинками у края глаз, и немного обветренным лицом, с бронзовым загаром, и янтарными отсветами в карих очах.
От него даже пахло невероятно притягательно: сандаловым деревом с нотками солёного моря. Экзотический, древесно-землистый, слегка бальзамический, терпкий аромат. Пряность и горечь – богатое, глубокое, соблазнительное сочетание. Нужно будет спросить, чем именно он пользуется, неужели духи? Но, скорее всего, принимает ванну с какими-то редкими заморскими маслами.
– Каждую деталь пропишем, – решилась в итоге, поскольку в глазах парня не заметила ничего плохого: никакой алчности или скрытых мотивов.
Он говорил прямо, как есть, даже азартно, авантюрная натура, родственная моей, – при свидетелях. И если вдруг я в кого-то влюблюсь, вы отпустите меня раньше срока.
– Воля ваша, – пожал широкими мускулистыми плечами он, – Леди Джейн, вы выйдете за меня замуж? – Ален повторил свой вопрос, став совершенно серьёзным и практически неуловимым движением распахнул бархатную коробочку.
В дневном свете сверкнули грани синего сапфира в обрамлении идеальных мелких бриллиантов.
Всполохи драгоценных камней завораживали и невольно вводили в трепет. Я женщина, я люблю такие ""безделушки"" и устоять перед столь идеальной красотой оказалась не в силах:
– Оно прекрасно! И да, я согласна, лорд Ален, стать вашей женой, – негромко ответила я, а мой теперь уже наречённый вынул колечко из гнёздышка, и, взяв мою левую руку, надел украшение на безымянный палец.
