— А как будет по-плохому, ты сразу заметишь. Предписание суда будет у тебя в ближайшее время, и тогда уже не отвертишься.
Арам развернулся и направился к выходу, не забыв полоснуть помощницу Евы взглядом.
— Станешь кому-то болтать о том, что слышала, никуда даже уборщицей не устроишься, я постараюсь.
И вышел из «Сахарной».
Не сомневался — так или иначе получит от Евы все, что захочет. Возьмет свое с избытком.
Глава 21. (Не) любовница
На следующий день Ева явилась на работу в пять утра. Хотела выжать максимум из кондитерской за то время, которое ей осталось трудиться на территории «Ориона».
Кто его знает, как дело пойдет на новом месте? Пока клиенты протопчут дорожку, может пройти немало дней, если не недель или, того хуже, месяцев. Лишние деньги не помешают, хотя когда деньги бывали лишними?
Она кружилась на кухне, как заведенная, чтобы пополнить витрину эклерами и корзинками, пекла свежие капкейки. Чувствовала себя как на иголках, так сильно переживала.
Приготовив два подноса разных сластей, Ева отнесла их в зал и стала оформлять витрину.
От привычного занятия ее отвлекла помощница, Дарья, изволившая наконец явиться на работу.
— Ты опоздала! — отметила Ева вместо приветствия, слишком нервная, чтобы оставаться вежливой.
А Дарья будто даже не расслышала обвинения, начала со своего:
— Ев, а ты видела, что происходит снаружи?
— А что происходит? — насторожилась Ева.
— Рабочие меняют боковую наружную рекламу на отеле. Я увидела новую и обалдела. Реклама ресторана есть, магазинов тоже, а нашей кондитерской нет.
Ты же говорила, у нас еще полтора месяца аренды оплачено! Или это я что-то не так поняла?
— Что?! — Ева вспыхнула и тут же забыла о витрине.
Она сдернула с себя фартук, при этом, пока развязывала его сзади, каким-то чудом умудрилась задеть молнию на юбке, и та расстегнулась. Похоже, скоро сломается — чуть тронь, и разъедется. Она поправила одежду и бросилась на улицу проверить, правду ли сказала Дарья.
«Надо подколоть булавкой», — подумала и тут же об этом забыла.
Вышла на улицу и обалдела. Помощница оказалась права: старую рекламу уже убрали, а на новой действительно не было ее «Сахарной».
— Барсегян! — зашипела себе под нос Ева.
Руки сжались в кулаки, а глаза сверкнули нехорошим блеском.
«Грязно играешь, сволочь такая!» — пыхтела она про себя.
А когда возвращалась к кондитерской, застала чудеснейшую картину — вход в «Сахарную» теперь загораживал штендер с рекламой соседнего ресторана. Пройти, конечно, можно, но в обход.