Они у тебя особенные — живые, теплые, сияющие. Мне нравится видеть твою улыбку, наблюдать, как она освещает все вокруг, ощущать, как легко становится на сердце, когда ты рядом.
Янтарные очи заглядывали в душу, ласкали, обволакивали, заставляли забыть обо всем. Но… забыть я не могла. Магия волчьего обаяния, увы, не работала.
— Тер Хольм, я хотела спросить…
— Да, катани, — хрипловатый голос оборотня звучал нежно, проникновенно, заставляя поддаться и забыть о благоразумии.
— Что ты хотела узнать?
— Что означает слово «катрон»?
Недавняя сцена в «Серой утке» никак не давала мне покоя, и сейчас я с нетерпением ждала объяснений.
Оборотень отвечать не торопился. Он гладил мое запястье и задумчиво смотрел в окно, на заснеженную площадь.
— Тер Хольм?
Лукас как-то незаметно подобрался, посерьезнел. Лицо его приобрело ярко выраженные волчьи черты. Он чуть крепче сжал мою ладонь и посмотрел с едва уловимым сомнением.
— Если перевести с артакского на дартский, катрон — право сильнейшего, — ответил Хольм.
— У оборотней много обычаев, неизвестных людям. По нашим правилам, если волк побеждает в бою вожака чужой стаи, он имеет право на его добычу.
— Это что же, Кревен считал меня своей добычей?
— Только не злись, Кейт."
"— Значит, теперь я считаюсь вашей добычей?
Я усмехнулась. Замечательная новость! Прямо-таки сногсшибательная. Просто переходящее красное знамя какое-то. Хотя почему красное? В Дартштейне флаг сине-зеленый.
— Для оборотней — да. Никто из них не посмеет к тебе приставать и домогаться.
Угу. Никто, кроме самого Лукаса.
— Кейт.
Хольм нежно выдохнул мое имя, его горячее дыхание прошлось по пальцам.
— Кэтрин, катани моя, не бойся. Я никогда не причиню тебе вреда. Твое счастье — мое счастье. Твои радости — мои радости, — шептал он. — Мое сердце поет, когда ты рядом. В нем загорается огонь, и его ничто не может потушить.
Лукас говорил, лаская меня словами, взглядом, прикосновением губ к запястью.
Я почувствовала, как тепло становится в груди, и попыталась отбросить ненужные мысли, поддаться ласковому зову, принять то, что так необходимо каждой женщине, позволить себе быть…
— Что здесь происходит?
Резкий вопрос заставил вздрогнуть. На мое плечо легла тяжелая рука.
Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать говорящего. Горн.
