– Я вижу его мать, умирающую от болезни, которую наслал Мракокрад. Любимую так же сильно, как я люблю свою. Он хочет остановить нас, пока не погибла остальная семья.
– Я вижу долгие годы голода и страха. Вижу кипящий жаром вулкан и бесконечную борьбу за выживание в страхе, что любимое племя вымрет навсегда. Вижу надежду, что проснувшийся древний дракон вернёт ему прежнюю славу и процветание в родных безопасных землях. Он сражается, чтобы защитить свою надежду, без которой не может жить.
– Я вижу её с другими драконятами в игровом зале у ледяных.
Она в страхе слушает древние сказки о Мракокраде, а потом видит кошмарные сны об убийствах, которые тот совершал даже после смерти. Вижу, как она сама читает свитки и с ужасом думает, что когда-нибудь ночные, воспользовавшись краденой магией, прорвутся через Большой утёс и истребят всех ледяных, потому что всегда ненавидели их.
– Вы ненавидели нас ещё раньше!
– Нет, вы!
– Вы хотите нас всех перебить!
– Нет, это вы хотите перебить нас!
– Я боюсь вас.
– А я – вас.
– Я дерусь, потому что боюсь!
Наступила тишина. Драконьи сердца отбили сто ударов.
Ночные и ледяные взглянули друг на друга в упор.
А затем вдруг пропали с неба все до единого.
Глава 28
– Они исчезли! – вытаращила глаза радужная.
– Ну и ну! – Карапакс окинул взглядом небо. – Похоже, мы и Холода заодно со всеми отправили в Ледяной дворец.
– Навсегда? – спросила Кинкажу. – А вдруг они обратно прилетят? Покончили мы с войной или только её отложили?
– Если я правильно поняла их мысли, – ответила Луна, – этим драконам теперь будет очень непросто убивать друг друга.
– У нас получилось! – радостно выдохнул Вихрь.
– Точнее, у тебя, – поправила Луна, повернув к нему сияющие глаза.
– Кто бы сомневался, – прошипел Мракокрад, обрушиваясь на драконят с неба. – Сжал песчаного в когтях и устремился прочь, махая гигантскими крыльями.
– Вихрь! – крикнула Луна.
Дракончик даже не понял сразу, что происходит. Чужие когти впились в тело с такой невероятной силой, что казалось, если нажмут ещё хоть чуточку, то раздавят.
Вывернутыми назад крыльями, больно прижатыми к бокам, и не пошевелить. Один лишь хвост свободно болтается в воздухе, но что такое жалкий шип, пусть и ядовитый, против неуязвимой бронированной чешуи?"
"Далеко внизу проносились горы, а над головой, если выгнуть шею, виднелась полоска серебристых чешуек у основания машущих чёрных крыльев.
«Куда он меня тащит? – удивился Вихрь.
