– Глупости какие!
– Вот гражданин Гицко и был прислан на завод своими заокеанскими командирами, чтобы следить и докладывать им реальную обстановку.
– С чего вы взяли, что он шпион? – спросил Сергей Ильич.
– Я провёл расследование, – откликнулся Колокольный. – Подробности излагать не стану, не уполномочен. Но когда вы рассказали мне, что начальник первого отдела для чего-то старается вас опорочить, отстранить от дела, я заподозрил, что дело не в вас, Сергей Ильич, а как раз в нём. Я затеял служебную проверку, установил, что в сорок первом году генерал Гицко загадочным образом исчез из штаба, в котором тогда служил.
А потом появился вновь. Тогда, как вы помните, товарищи, кругом была неразбериха, враг рвался к Москве, нам приходилось искать и разоблачать шпионов и диверсантов, которых на самом деле забрасывали… десятками.
В кабинете сделалось очень тихо.
– Люди уезжали из Москвы, вывозили фабрики, заводы!.. Гицко понимал, что в такой обстановке может произойти всё, что угодно.
Несмотря на твёрдую легенду, по которой он жил и работал с начала тридцатых, он мог случайно попасть в разработку, и ему нужно было спрятать архив и передатчик так, чтобы их никто не нашёл. По крайней мере не нашёл бы до конца войны, чем бы она ни кончилась! И он придумал.
Все слушали, затаив дыхание.
Дядя Коля хотел было закурить и не стал, так и сидел, замерев, с кисетом в руке.
– Он узнал, что из дачного дома директора завода Павла Егоровича Кольцова все выезжают, никого не остаётся, а дом не подлежит заселению в отсутствии хозяев.
Думаю, Гицко по службе где-то пересекался с Павлом Егоровичем. Когда из дома все уехали, он закопал архив и рацию в подвале. Он был уверен, что успеет всё забрать до того, как хозяева вернутся. И не успел. С сорок пятого года Гицко жил словно на зажжённом фугасе! Он должен был забрать спрятанное и при этом не попасться! Очень сложная задача, и он решал её несколько лет. Для этого ему пришлось устроиться в министерство, к которому принадлежал завод Павла Егоровича, интриговать, давать взятки – да, да, товарищи, взятки! В конце концов Гицко добился того, что директор под гнётом его клеветы и обвинений покончил с собой, а дом передали ему.
– Хороша история, – сказал Гицко, продолжая улыбаться, – в духе майора Пронина.
– А наш инженер-то тут при чём? – спросил директор, потянулся и налил себе воды из графина.
Пальцы у него дрожали.
