— Есть мысли?
Неужели квадрант держит его чтение памяти в тайне? А когда он потянулся к моей голове в день сожжения Эмбер, просто утратил над собой контроль? Он прожил столько времени, не раскрыв никому свою печать? Я покачала головой.
— Конечно. — Я взяла дракона Ксейдена и сдвинула к крепости, мысленно упершись одной ногой в пол библиотеки, чтобы направить силу и заставить фигурку парить над стенами. — Ты прекращаешь игнорировать, что в твоем распоряжении есть невероятно мощный заклинатель теней, и просишь его накрыть всю округу, чтобы никто не видел, кто где высадится.
— А она права, — согласилась Мира, хоть и без энтузиазма.
— Ты так можешь? — с неохотой спросил Даин Ксейдена.
— Ты спрашиваешь всерьез?
— Просто не знал, что ты можешь накрыть такую большую…
Ксейден поднял руку над столом — и из-под наших стульев хлынули тени, заполнив помещение и мгновенно погрузив его в ночь. У меня екнуло сердце, когда перед глазами почернело.
«Расслабься. Это просто я».
По моей щеке скользнуло призрачное касание.
«Просто он» оказался… устрашающим. Я толкнула к нему эту мысль, но не дождалась ответа. Может, у нас односторонняя связь, потому что я сомневалась, что он слышит меня так же, как я его.
Что там Сгаэль говорила о печати? Она отражает то, чем ты являешься в сердцевине собственного «я».
Что логично. Мира защищает. Даин хочет все знать. А у Ксейдена… есть секреты.
— Чтоб меня, — сказал кто-то.
— Могу накрыть весь форпост, но не хочу пугать людей снаружи, — сказал Ксейден — и тени исчезли, втянувшись обратно под стол.
Я сделала глубокий вдох, заметив, что все за столом, кроме Эмери — наверняка уже видевшего этот трюк Ксейдена, — слегка позеленели.
Даже Мира, уставившаяся на Ксейдена как на угрозу, требовавшую переоценки.
Меня замутило.
«Надеюсь, тебе не пришло в голову ничего такого, пока мы сидели в темноте», — подначил Ксейден — и все мое сочувствие к говнюку улетучилось.
Больше я к нему не поворачивалась, просто подняла один конкретный палец.
Он усмехнулся, и я стиснула зубы.
«Выкинь его из моей головы», — бросила я в сторону Тэйрна.
«Ты привыкнешь», — был его ответ.
«Это нормально для всех драконьих пар и их всадников?»
«Для некоторых. Очень полезно в битве».
«Ну пока что это дикий геморрой».
Я скучала по Андарне. Мы были так далеко, что я ее почти не чувствовала.
«Тогда закройся от него так же, как от меня, — или ответь сама, — пророкотал Тэйрн. — От тебя тоже хватает геморроя. Уж поверь».
