— Сегодня рано утром, — начал он, и низкий голос разнесся над строем, — на всадника моего крыла жестоко и незаконно напали во сне с целью убить преступники, в основном состоящие из бездраконных.
Воздух заполнился возгласами и перешептываниями, плечи Даина напряглись.
— Как нам всем известно, это нарушение третьей статьи второго раздела Кодекса драконьих всадников и, вдобавок к бесчестью, еще и преступление, караемое смертной казнью. — Его пальцы сжали края трибуны. — Извещенный своим драконом, я помешал нападению вместе с двумя другими всадниками Четвертого крыла, — он опустил подбородок, указывая на наш строй, и двое всадников — Гаррик и Боди — шагнули вперед и затем поднялись по ступенькам, чтобы встать навытяжку за спиной Ксейдена.
— Это был вопрос жизни и смерти, и я лично казнил шестерых несостоявшихся убийц, что засвидетельствовали командир секции Пламени Гаррик Тэвис и старший офицер секции Хвоста Боди Дюрран.
— И оба — тиры. Как удобно, — заявила откуда-то из-за спин Ридока и Лиама Надин, одна из наших новеньких.
Я оглянулась через плечо и пригвоздила ее взглядом.
Лиам же молчал и просто смотрел прямо перед собой.
— Но нападение подстроил всадник, сбежавший еще до моего появления, — продолжил Ксейден, повысив голос. — Всадник, который знает, где спят все первогодки, и этот всадник должен предстать перед правосудием немедля.
Проклятье. Сейчас будет плохо.
— Я призываю вас ответить за преступление против кадета Сорренгейл, — взгляд Ксейдена переместился в центр построения.
— Командир крыла Эмбер Мэвис.
Весь квадрант затаил дыхание, затем дружно зашумел.
— Какого гребаного… — зарычал Даин.
У меня сдавило грудь. Боги, как я ненавижу, когда Даин невольно доказывает, что я была права.
Рианнон взяла меня за руку и ободряюще сжимала, пока все всадники во дворе переводили взгляды между Ксейденом, Эмбер… и мной.
— А ведь она тоже тир, Надин, — бросил Ридок через плечо. — Или ты предвзята только против меченых?
Семья Эмбер была предана Наварре, поэтому ей не пришлось видеть казнь родителей и получать бунтарскую метку.
— Эмбер не могла, — покачал головой Даин. — Командир крыла не может, — он развернулся ко мне всем телом. — Выйди и скажи, что он врет, Ви.
— Но он не врет, — попыталась я ответить как можно мягче.
— Это невозможно. — Щеки Даина пошли красными пятнами.
— Я же сама там была, Даин.
От его недоверия мне было намного больнее, чем я ожидала, словно врезали по уже настрадавшимся ребрам.
