Она не могла вымолвить ни слова. Ведь Маркус едва не погиб! Чтобы спасти ее дочь, он подверг себя смертельной опасности. А потом рисковал жизнью ради спасения брата. Как же ошибались те, кто говорили, будто этот человек не способен любить! То, что сделал Маркус, есть проявление величайшей любви. А еще он полюбил ее, Ханну. Ей трудно было сдержать слезы радости.
– Ты меня спасла, – прошептал он.
Ханна рассмеялась сквозь подступившие слезы.
– Вряд ли! Мистер Тиммз наверняка считает меня сущей мегерой, после того как я ворвалась в его дом и потребовала…
– Тиммз, как никто другой, очень даже оценит то, что ты сделала.
Вот уже несколько месяцев бедняга пытался обезвредить фальшивомонетчиков. – Маркус ласково убрал с ее лица прядь волос. – Ты уверена, что цела и невредима?
Ханна утвердительно кивнула. Ни он, ни она не успели больше сказать ни слова, потому что в дверь осторожно постучали. Но когда Ханна сделала инстинктивное движение в сторону, Маркус не отпустил ее от себя.
– Войдите, – крикнул он.
Появился слуга с подносом, поставил его и, низко поклонившись, скрылся за дверью.
Только тогда Маркус разжал объятия, и Ханна буквально упала в ближайшее кресло. Эксетер пересек кабинет, открыл буфет орехового дерева и вернулся с бутылкой бренди в руках. Пододвинув ближе второе кресло, он налил Ханне чай и плеснул в чашку ароматный напиток.
– Выпей. – Маркус протянул ей чашку, и она повиновалась. – Вот и хорошо. – Он сел, решительно наклонившись к Ханне. – Я намерен допросить Лили.
Думаю, она может поведать нам гораздо больше, чем мы могли бы узнать от мерзавца Бентли. Поэтому я очень надеюсь, что она захочет ответить на мои вопросы. Знаю, что у тебя тоже накопились кое-какие претензии к этой девице, однако позволь мне расспросить ее первым.
Ханна кивнула, подкрепляясь глотком приправленного бренди чая. В конце концов, Маркус хозяин дома и волен поступить со своей служанкой так, как сочтет нужным.
– Даже если тебе не понравятся мои методы, – настаивал он.
Ханна хотела было возмутиться, но вспомнила историю с семейством Редли и передумала. Герцог усмехнулся. – Если тебе будет, что добавить, я дам тебе слово, – заверил он. – Не волнуйся, я хочу вытрясти из девчонки все, что ей известно.
Ханна снова кивнула. Заставив ее допить чай, Маркус встал, обошел письменный стол и достал какие-то бумаги из стоящего позади стола шкафчика. Сел за стол и раскрыл папку как раз в тот момент, когда раздался громкий стук в дверь.
