Смотрю на него с издёвкой и жду очередного унижения.
Сколько их у тебя Ворон? Ну же, удиви меня оригинальностью.
Вижу, как натянуты его боксеры, и едва сдерживаю тошноту, подступающую к горлу. Минет — это всегда неприятно и гадко, но нужно переключиться с реальности на воспоминания, и становится легче. Но не сегодня. Ворон уничтожил даже те крохи хорошего, что были между нами в прошлом. Придётся пройти это без анестезии.
Возбуждаешься от чужих страданий? Давай уже, не томи.
Быстрее бы всё закончилось. Но Ворон отчего-то медлит.
Издевается и изводит меня ожиданием?
Как предсказуемо. Я думала этот мужчина не сможет сделать мне больнее, чем тогда. Как же я жестоко ошиблась.
Смотрю в его горящие похотью глаза и едва сдерживаюсь, чтобы не сплюнуть от омерзения. Ненавижу. Даже сильнее, чем мужа. Тот хотя бы никогда не прикидывался и не лгал.
— Такое же ничтожество, — выплёвываю с горечью, вкладывая в эти слова всё своё презрение.
Не боюсь. Страха как такового нет. А вот волна отчаяния зарождается где-то в глубине души и разрушает все шаблоны, выстроенные в голове за много лет.
Маленькая девочка, что все эти годы жила внутри меня и терпеливо ждала чуда, поднимает голову и в ужасе содрогается. А я лишь криво усмехаюсь от её наивности.
Не ожидала? Напрасно. Давно пора перестать верить в сказки. Смирись уже, несчастная, хватит мучиться. Никто тебя не спасёт и не пожалеет кроме меня.
Мысленно обнимаю её, закрывая от этой грязи. Она единственное хорошее, что осталось, и я не дам её в обиду.
Ворон дёргается всем телом и едва заметно прищуривается.
— Сейчас, кстати, — жёстко ухмыляется он, — ты тоже сделала выбор, — хватает меня за затылок и грубо притягивает к своему паху.
Не сопротивляюсь, хоть внутри всё протестует, а девочка оглушающе визжит. Он сам останавливает меня в сантиметре от члена, всё ещё обтянутого тканью, и заставляет смотреть в глаза. Ждёт, что я начну молить о пощаде, а я только усмехаюсь.
Удушающая волна перехватывает горло. Я лишь сглатываю, но взгляд не отвожу.
Начинает колотить от напряжения, а зубы отбивают ритмичную дробь.
Ну давай, чего медлишь? Просто сделай это и отпусти меня.
— Да что с тобой, Ира?! — зло рычит Ворон, хватает меня за запястья и дёргает вверх.
От неожиданности покачиваюсь, но он помогает поймать равновесие и чуть прижимает к своему горячему телу. Меня окатывает кипятком с головы до ног. Дыхание рвётся, а сердце лупит как сумасшедшее. Ворон всё ещё смотрит мне в глаза и ждёт ответа.
