Греться больше нечем, пора сворачиваться. Усадив ее в машину, забираю мелочи, брошенные на столе. Остальное убирать «дежурным». Бросаю Назару сообщение, чтобы подъезжали, и иду к Ире. Сам сажусь за руль, водителя парни давно забрали с собой, чтобы нам тут совсем никто не мешал.
— Ты уверена, что не хочешь зайти? — проезжая мимо нашего дома, спрашиваю у Иры, поймав тоску в ее глазах.
— Нет, Паш. Если я войду туда, я останусь, а у нас только второе свидание, — касается моей руки отогревшимися пальцами. — Я очень скучаю по детям.
Еще никогда так надолго не расставалась с Егором. Но я не хочу все бросить на половине пути. Мы слишком много с тобой прошли, чтобы взять и остановиться.
— Согласен. Тебе понравилось свидание? — перевожу тему.
— Очень, — она двигается ко мне и на несколько секунд прижимается прохладными губами к щеке.
Везу ее в город. На ту самую квартиру, где она жила с ублюдком Асадом. Мы вместе поднимаемся на этаж. Ира звенит связкой ключей, открывая дверь. Вхожу и охреневаю от того, насколько вокруг пусто.
На полу на газете обувь. Рядом банки с краской, кисти. Обои на одной из стен уже прилично сорваны. В комнатах тоже практически ничего нет.
— Ир? — ошарашенно смотрю на матрас, застеленный постельным и покрывалом. — Ирк, ты сдурела?! — сносит меня.
Ну какого хрена моя женщина спит на полу?!"
"— Ремонт, — разводит она руками. — Попросила соседей, почти все вынесли на мусорку. Что-то себе домой забрали. Мне не жалко. Я хочу все здесь поменять.
— Можно нанять бригаду и …
— Нет, Паш, — она прикладывает пальцы к моим губам, не дав договорить, — я сама хочу. Мне нравится, — пожимает плечами. — Нравится ощущать, что это по-настоящему мое. Понимаешь? Потом Егор сможет здесь жить. Конечно, когда станет взрослее. Лет в… двадцать пять? — спрашивает у меня.
— Он съедет в восемнадцать, вот увидишь, — посмеиваясь, обнимаю ее, немного остывая.
— С ума сошел? Нет, — упирается моя Ведьма. — В восемнадцать он все равно еще будет мальчишкой.
— Будет, — подтверждаю я. — Давай обсудим этот вопрос через пару лет.
— Да, так точно будет лучше.
Склоняюсь, чтобы украсть у нее еще один поцелуй, но чертов телефон нас обламывает. Вывернувшись из моих рук, Ира убегает на поиски своей трубки, а я снова пялюсь на матрас. Меня ломает от таких ее решений. Все мужское во мне им сопротивляется, потому что есть дом, есть теплая, удобная кровать, а эта женщина творит такую дичь!
Выпороть бы.
