Морозный воздух пробирается под куртку, заставляя ёжиться. Павел ждёт меня на крыльце приёмного покоя. Помогает спуститься по лестнице, придерживая под локоть. Около машины разворачивает к себе, пристально смотрит в глаза.
— Люблю тебя, Ведьма, — обхватив лицо ладонями, склоняется и прижимается горячими губами к моим.
— И я тебя очень люблю, — шёпотом выдыхаю ему в рот, возвращая поцелуй."
"Паша помогает сесть в машину, сам пристёгивает меня и захлопывает дверцу. И вроде можно выдохнуть. В общем всё же хорошо.
Но во мне словно что-то сломалось. Нет, я не собираюсь устраивать сцен и разборок. Павел и так всё понимает. Вопрос тут в другом — я тоже всё понимаю. И вот смогу ли я привыкнуть и принять как данность, что моего мужчины часто не бывает рядом?..
— Егор, ты как так умудрился? — Павел смотрит на сына в зеркало заднего вида.
— Дурацкий поступок, — сухо комментирую я.
— Да ладно, как будто ты в его возрасте не чудила, — ухмыляется Паша.
— Конечно нет! — возмущённо возражаю. — Я в его возрасте уроки учила!
— Ну, во-первых, ты была девочка, — улыбается он, повернув ко мне голову.
— А потом, когда стала чуть старше, лазила в окно на втором этаже… — напоминает он, подмигивая, и опять возвращает взгляд на дорогу.
— Ира?! — Дуня усмехается, вздёрнув вопросительно брови.
— Паша! — толкаю его в бок и прикрываю лицо ладонью.
— Ничего не знаю, — смеётся он. — Ему есть в кого чудить. Я тоже не был ангелом…
Павел что-то ещё рассказывает, они вместе шутят, а я уплываю в какое-то вязкое небытие.
Под их разговоры и воспоминания добираемся до дома, по пути заехав в аптеку. Сил едва хватает стянуть верхнюю одежду и дать Егору прописанные лекарства.
— Я пойду прилягу, — устало бормочу. — Сынок, ты тоже иди ложись.
— Родная, всё нормально? — Паша обеспокоенно провожает меня до лестницы.
— Да. Просто вымоталась. Спать хочу.
Поднимаюсь в нашу спальню. Не раздеваясь, ложусь, опуская голову на подушку, и мгновенно проваливаюсь в чёрную дыру сна.
Глава 69
Ворон
Подхожу к Егору.
Беру двумя пальцами за подбородок и мягко повернув его голову к свету, ещё раз рассматриваю «боевую» мальчишескую травму. Прилично приземлился. И штормит парня малость.
Хмыкнув, взъерошиваю его тёмную чёлку.
— Нормально всё будет. Пойдём, помогу тебе.
— Я сам могу.
— Пошли, пошли, — подталкиваю сына в плечо. — Мать напугал.
— Случайно вышло, — гундосит Егор. — Стоя съезжал, ну и равновесие потерял, когда уже сделать ничего было нельзя.
