Глава 62
Ворон
Вырубив мобильники, разъезжаемся по разным улицам города, чтобы не привлекать лишнее внимание. Переговариваемся по рациям, координируя действия друг друга. На месте будет не до этого, и я в очередной раз предупреждаю своих людей:
— Помните, у них две заложницы. Мы не знаем, где их держат. Проверяем и зачищаем каждый сантиметр локации. Работаем тихо, точно и наверняка. Никто из людей Халида не должен остаться в живых. Ходячего мертвеца никому не трогать. Он мой.
— Думаешь, они ещё живы? — тихо спрашивает Мир.
Я всеми силами гоню от себя эти мысли. Нельзя сейчас о таком думать. Живы!
— Уверен, — подтверждаю вслух. — Иначе на хрена это всё? — барабаню пальцами по рулю.
— Ты придёшь за ней в любом случае, — пожимает плечами друг.
— Минаев на это и рассчитывает. Только не ожидает, что мы заявимся к нему внаглую. Прямо с парадного входа.
Очевидно же. Мы продолжаем играть на слабостях друг друга.
— Серебряные пули приготовил? — жёстко ухмыляется Мирный.
— Я ему башку отрежу. Это надежнее пули.
— Не спорю, — кивает он.
У него в этой истории свой интерес. Нам обоим нужна голова Халида Минаева. Если мы выйдем оттуда живыми, может, он получит, наконец, очередную звезду на свои погоны.
Во всех читается нерв. Не боятся только мёртвые, но каждый из тех, кто сегодня едет со мной, подписался на это добровольно, осознавая и принимая все риски.
Филипп, сидя на заднем сиденье за Мироном, барабанит пальцами по колену, задумчиво глядя в окно. Мир замечает мой взгляд. Оглядывается на нашего молодого бойца.
— Что? — возмущается тот.
— Не геройствуй, — говорит ему друг. — Спокойно делай свою работу.
— Можно не надо меня учить?! — бесится Филипп. — Я не вчера сюда пришёл.
Не трогаем его больше, пусть медитирует. В конце концов, он прав. Мы просто страхуемся.
У меня всё ещё ломит в груди. Огонь из лёгких медленно растекается по венам. Пальцы покалывает, и каждый вдох-выдох на контроле, иначе от нехватки кислорода начинает болеть голова.
Пока едем, я мысленно рисую перед собой схему локации.
Большая часть входов там закрыта наглухо, но есть неудобные места для тех, кто входит на территорию. Снова переговариваюсь со своими людьми по рации.
Занять крышу нам уже не дадут. В первую очередь надо будет снимать стрелков оттуда. Благо низко, достанем.
Машины бросаем в слепой зоне. Минута на то, чтобы собраться. Перед каждым боем кто-то молится, хотя верующих среди нас единицы, кто-то мысленно прощается с близкими, кто-то просто молчит.
