Грановский подкинул тему с диверсией на одном из строительных объектов. Такие дела на фоне моих сейчас кажутся нереально лёгкими. Проплаченного зачинщика нашли, объяснили, где он не прав. На заказчика спустили все возможные службы. Дали много денег, ребята там развлекаются. Чаще всего такие вот мелкие засранцы потом сами приползают, извиняются, просят дать им возможность работать тихо. Забавные.
У меня же всё гораздо интереснее. Я вдоль и поперёк изучил род Юнусовых. Мне кажется, я теперь знаю о нём больше, чем сам Асад и все его дальние родственники, оставшиеся в живых.
Меня интересовали ответвления рода к другим. Дочерей вот замуж выдавали за интересных людей. Должно же быть ещё что-то, что так подпитывает ненависть Юнусова ко мне. Маленькая деталь, помимо глубокой личной неприязни. И причина, по которой он оказался во всей этой цепочке.
Открыв вкладки в браузере, дочитываю информацию, выуженную из какого-то архива, я даже не помню, какого. Это и не важно. Цепляюсь за фамилию, от которой старый шрам на глазу начинает гореть.
Беру простой карандаш и веду последнюю линию на схеме, которую начал чертить ещё около полутора месяцев назад. От раздавшегося телефонного звонка рука дёргается, и финальная линия чуть смазывается.
Этот номер есть далеко не у всех, поэтому сразу принимаю вызов.
— Слушаю…"
"Сердце резко останавливается и начинает буксовать, зубы сжимаются, а волосы на затылке встают дыбом, как у ощерившегося зверя.
Глава 60
Ирина
После ужина дети разбрелись по комнатам и уткнулись в телефоны.
Мы на кухне, Оля с Григорием пьют чай, о чём-то негромко переговариваясь, а я, стоя у окна, вглядываюсь в зимний пейзаж. Стемнело. Девственно-чистый, белоснежный снег икрится в свете фонарей и будто бы сам светится. За высоким забором лес непроницаемой стеной окружает с трёх сторон. Тишина. Мы словно оторваны от остального мира.
Но мне неспокойно. Тревога за Павла сковывает все внутренности холодом и не отпускает ни на секунду. Я хочу услышать его голос. Мне это очень важно.
Жизненно необходимо. Просто узнать, что с ним всё в порядке, и выдохнуть. Как я жила столько лет без него? Да и жила ли? Существовала, и то благодаря сыну, и на автомате выполняла какие-то функции.
— Ир, ну что ты в самом деле? — подходит Ольга и обнимает меня за плечи. — Успокойся, — насильно разворачивает и усаживает за стол. — На вот чай выпей.
Пододвигает чашку с горячим напитком и буквально всовывает её мне, заставляя обхватить ладонями.
