— Как тогда, в лесу…
Наш первый поцелуй… С привкусом мороженного и первой любви…
— Тогда ты меня поцеловал, — смеюсь я, прекрасно помня тот момент и свои эмоции.
— Правильно, — Паша дразнит. — Теперь твоя очередь.
Прикрываю глаза и невесомо касаюсь его губ своими. Трусь об них и нежно целую по очереди то верхнюю, то нижнюю. Пробую на вкус, растворяясь в своих ощущениях. Павел не мешает мне и почти не отвечает. Прохожусь языком от уголка к уголку и слышу, как учащается его дыхание. Смелею, чуть углубляю поцелуй.
Секунда, две, три… Выдержка Павла с треском разлетается, и он с глухим рыком перехватывает инициативу, превращая наш невинный поцелуй в апокалипсис.
Жадные, ненасытные губы терзают мои, а напористый язык хозяйничает во рту. Все мысли вылетают из головы, остаются только инстинкты. Волна кипятка прокатывает по позвоночнику, приводя в тонус все мышцы и наполняя тяжестью низ живота.
— Ведьма моя, как же я соскучился, — шепчет Паша и вгрызается мне в шею, чтобы в следующую секунду заласкать это место языком.
Рефлекторно откидываю голову, открывая ему доступ и кусаю губы в нетерпении.
— Па-а-аша, — жалобно выстанываю, прося сама не знаю чего.
Его ладони пробираются под водолазку, скользят по обнажённой спине, исследуя моё тело. Паника, как лавина, накатывает внезапно, отрезвляет. Меня подбрасывает от страха, за мгновение стирая всё, что было.
— Нет. Не надо, — часто дышу и упираюсь в его грудь ладонями. — Отпусти, пожалуйста.
— Хорошо, — Павел отстраняется, но не выпускает меня из объятий.
— Всё. Я не буду.
— Прости, я не могу, — судорожно всхлипываю и утыкаюсь ему в шею. Это просто реакция. Надо её пережить. Надо научиться справляться. Это рефлекс, выработанный годами. По щелчку от него не избавиться.
— Ты боишься? — заглядывает мне в глаза, пристально наблюдая. — Ты боишься меня или близости?
— Ты ничего не знаешь о моих страхах, — истерично пытаюсь высвободиться из его рук, но он не отпускает.
— Не уходи, — шепчет в ухо. — Расскажи мне.
— Зачем?
— Я хочу всё о тебе знать.
Даже самые незначительные мелочи, — качает в своих руках, как маленькую, уткнувшись мне в волосы.
Постепенно успокаиваюсь. Мне становится легче дышать, и мысли проясняются. Это просто паническая атака. Просто неприятные спецэффекты из прошлого.
— Ириш, — Павел губами касается виска. — Я не сделаю ничего против твоей воли и желания. Только не закрывайся от меня, — просит нежно и аккуратно. — Позволь просто касаться, просто быть с тобой рядом.
