— Сука, — цежу сквозь зубы.
— Я бы его убил! — Егор отворачивается к окну. — Клянусь, если бы мог…
— Не стоит пачкать руки. Убить человека непросто. И это будет с тобой всю жизнь. Мы поможем твоей маме.
— Сегодня? — тяжело сопя, пытается проглотить собственную злость.
— Нет, Егор, не сегодня, — качаю головой.
— Я так и знал, что ты... — разочарованно.
— Не надо говорить того, о чём будешь жалеть, — останавливаю, пока и правда не наговорил ерунды на эмоциях.
Фыркает и отворачивается, а я пытаюсь сформулировать и объяснить более доходчиво.
— Вспомни, мы с тобой сегодня уже говорили о том, что мужчина обязан думать головой, — стучу пальцем по своему виску. — Нельзя сломя голову кидаться в накопившиеся проблемы, не владея всей информацией. Даже если на первый взгляд всё очень просто и понятно. Я вот сегодня попытался, и ничего не получилось, — усмехаюсь, вспоминая наше с Ирой «свидание».
— Я думал у вас у взрослых больше возможностей.
— Это действительно так, — улыбаюсь ему, — но эти возможности необходимо использовать грамотно.
Твоя мама далеко не глупая женщина, согласись?
Кивает.
— Если она после всего, что случилось, не ушла от Асада, значит, должна быть какая-то причина. Так?
Задумчиво перебирает пальцами по своему колену, слушая меня ещё внимательнее.
— Ты знаешь эту причину, Егор?
— Нет... — встряхивает головой, и тёмная чёлка небрежно рассыпается по его лбу.
— И я нет. Но обязательно выясню. Дай мне немного времени. Я во всём разберусь и помогу твоей маме. Мы её вытащим, слышишь? — заглядываю сыну в глаза.
— Слышу…
Замолкаем. Теперь я тянусь за сигаретой. Прикурив, смотрю на снег, искрящийся в свете фар, и мысленно медленно выпускаю Асаду кишки, наслаждаясь его агонией.
Так и будет, а пока сворачиваю во двор, ищу нужный подъезд.
— Приехали, — тихо говорит Егор и остаётся в машине.
Внимательно смотрит на меня, словно не решаясь спросить или сказать что-то ещё.
— Егор, а мама здесь останется сегодня? — пока он думает, спрашиваю я.
— Нет. Асад будет беситься.
Она домой поедет.
— Хорошо, — ободряюще улыбаюсь ему.
— Ты её довезёшь? — косится в лобовое на непрекращающийся снегопад.
— Попробую, — смеюсь. — Только не говори ей, что я здесь. Беги, она волнуется.
Сын открывает дверь, впуская в салон морозный воздух. Накидывает капюшон на голову, ведёт плечами от остро ощущающегося холода. Протягивает мне руку. Пожимаю ладонь. Сын собирается уйти, но вдруг останавливается, снова внимательно смотрит на меня глазами-пулями.
