- Я думаю, вы с этим справитесь, – сказал устало, борясь с сонливостью.
- Нет, нет! - возмутилась Клара. – Вы сами должны посмотреть.
-Я доверяю вашему вкусу, – устало сказала я.
- Но так нельзя! – возмутилась Клара. – Я завтра хочу сказать Николь, что вы выбрали все сами. Только представьте, как она обрадуется. Для женщин ведь важнее всего внимание.
Я вздохнул. Честно, не представлял, что для женщин важнее всего. Но если одна из них говорит, что важен именно мой выбор, значит, так оно и было. Поэтому согласился пойти в кладовку.
Несколько минут я пытался выбрать наугад, а Клара хмурилась. Я просто не понимал, почему все, что мне казалось нормальным, для Клары было ужасным. Это была игра в угадайку, пока я не начал нервничать, и женщина сама не показала мне комплект состоящий из бело-золотой накидки, туфелек и белых перчаток.
- А эти вам нравятся?- спросила она. И я кивнул, обрадовавшись, что этот ад с покупками закончится.
- Я думаю, будет чудесно смотреться, особенно подойдет к волосам леди Лэстер, - хихикнула женщина, на мою сдержанную улыбку.
Дальше я, наконец, выписал чек и, выдохнув, практически побежал к своей жене. Я думал об улыбке Николь, когда она получит сюрприз и о том, что, как только дойду до дома, лягу спать.
Николь ждала меня в лавке, я знатно припозднился и первое, что я увидел – это недовольное выражение лица моей жены. Ей пришлось меня ждать в лавке около десяти минут.
Но вместо того, чтобы высказать или спросить, она натянуто улыбнулась.
Я сразу определил, что улыбка фальшивая.
- Долго, - сказала она, держа в руках покупки.
- Чековая книжка завалилась, - сказал я, представляя, как завтра Николь обрадуется.
Услышав колокольчик, к прилавку поспешил серобородый мужчина, который наверняка ждал чек и как только я его выписал, мы с Николь двинулись из лавки. Моя жена была достаточно молчалива. Как и я.
У меня болела голова, и я точно не мог придумать, что ей сказать. Возможно, и Николь за сегодняшний день устала.
Мы зашли еще к цирюльнику, где я оплатил его услуги. Нужно было, чтобы он пришел подстричь меня и прислал девушки для укладки волос Николь.
Моя жена и там была немногословна, обменялась всего парой фраз с цирюльником, который явно ее знал и спрашивал про Адама.
И даже я со своей головной болью, смог заметить, что-то стало с Николь не так.
Когда мы встретились с Ульрихом и наконец сели в карету, Николь не разговаривала и с ним.
