Но при этом достаточно добротные, чтобы распознать в них порядочных женщин.
После того, как мы с Дэйрон забрались внутрь, женщины по очереди недовольно открыли глаза и, оценив соседей взглядами с ног до головы, снова их закрыли.
Надеюсь, они смогут спать спокойно, не приняв нас за разбойников. Хотя выглядела я сейчас не очень хорошо, как и растрепанный, уставший Дэйрон.
Карета двинулась в путь, а я посмотрела в окно. Полдня пути… Казалось, я с ума сойду от такой долой дороги.
- Николь, – вырвал меня из раздумий Дэйрон, он старался говорить шепотом, чтобы не разбудить соседок, которые наверняка навострили уши.
Я посмотрела на мужа. Он достал из кармана бутылек. Склянка выглядела точно так же, как та, с которой играл кот.
- Это снотворное и успокоительное. Думаю, тебе стоит выпить пару капель, иначе ты не уснешь.
- Нет, - тут же отказалась я. – Нужно следить за дорогой, к нам может подсесть еще кто-то.
Дилижанс не самое безопасное место для сна. Ведь ты не знаешь, кто можешь оказаться твоим попутчиком.
- Я прослежу за дорогой, - сказала Дэйрон. – А тебе лучше поспать.
Я отрицательно покачала головой.
- Дэйрон, ты сам ночь не спал…
- Могу не спать еще несколько, – бодро сказал он.
Я снова хотела отказаться, но Дэйрон положил бутылек в мою руку, дотрагиваясь о ладони своими грубыми пальцами. После, он посмотрел на меня и сказал:
- Ты нужна своему отцу, Николь. А значит, у тебя должны быть силы. Сделай это ради него.
Никакие другие слова не заставили бы меня принять снотворное, но Дэйрон сказал правду.
Если отцу плохо, значит, я должна буду взять на себя большую часть дел. А если не буду спать всю ночь, ничем не смогу ему помочь.
- Сколько капель?
- Три, – ответил Дэйрон, и я откупорила крышку и капнула в нее три капли. Приняла снотворное, а после, отдала Дэйрону бутылёк обратно.
Одна тайна была раскрыта. Дэйрон принимал снотворное и не болел. Просто у моего супруга проблемы со сном, о чем я могла бы уже и догадаться.
Я подавила в себе желание зевнуть, и постаралась как можно удобнее устроить в уголке кресла с закрытыми глазами.
Казалось, сон никак не шел. Зато я начала чувствовать холод. У меня замерзали ноги, руки и тело, хотя на мне был плащ.
Я раньше никогда не принимала снотворное и совсем не знала, как оно действует. Мое состояние могло сравниться с опьянением. В полусне я осознала, что с меня снимают мои туфельки и надевают что-то очень тяжелое, но теплое.
Ногам стало очень тепло. А вслед за ногами, на меня одели что-то сверху.
