Часть денег предназначена для Баки. Остальное твое — чтобы ты могла выучиться и стать независимой порядочной женщиной. Ты именно такая, Элис, и всегда будешь такой.
Если хочешь, оставайся жить в горах. Боулдер — славный город. Грили, Форт-Коллинз и Эстес-Парк тоже славные. Живи и радуйся. Быть может, однажды — когда тебе будет лет сорок, а мне лет шестьдесят — я тебе звякну. Сходим куда-нибудь, пропустим по стаканчику. Нет, по два! Ты выпьешь за Дафну, а я за Уолтера.
Я полюбил тебя, Элис. Всей душой.
Если ты тоже меня любишь, как говорила, постарайся придать своей любви материальную форму: будь хорошим человеком и приноси пользу людям.
Твой Билли.P.S.: Я забираю свой ноутбук — это старый товарищ, — но оставляю флешку с моей историей. Она лежит в моем номере, вместе с ключами от машины. История обрывается на том, как мы отправились в Монток-Пойнт, но, быть может, тебе удастся ее закончить. Без сомнений, ты отлично знаешь мой стиль! Делай с ней что пожелаешь, только не упоминай имя Далтона Смита.
И свое собственное.
Я сложил листок, сунул в него свой ключ, печатными буквами вывел сверху ее имя и затолкал квадратик под дверь ее номера. Прощай, Элис.
Закинув на правое плечо сумку с ноутбуком, я взял чемодан и вышел из мотеля через черный ход. Пройдя полмили, я остановился передохнуть и сделать еще кое-что: открыл чемодан, нашел там глок и смит-вессон, из которого в меня стреляла Мардж, достал патроны и закинул сами пистолеты как можно дальше. Патроны решил бросить в одну из урн на стоянке.
Сделав это, я пошел навстречу огням, фурам и новой жизни. А может, и навстречу искуплению, хотя сомневаюсь, что мне стоит на него рассчитывать.
Глава 24
1"
"На дворе 21 ноября 2019 года, до Дня благодарения осталась неделя, но у обитателей дома в конце Эджвуд-маунтин-драйв настроение не праздничное. Снаружи холодно — как в жопе у землекопа, говорит Баки, — и вот-вот пойдет снег. Баки развел огонь в кухонной печке и сидит в одном из кресел-качалок, закинув ноги в теплых носках на решетку.
На коленях у него открытый ноутбук, изрядно поцарапанный и побитый жизнью.
За спиной открывается дверь, и в кухню заходит Элис. Она садится за стол. Лицо у нее бледное и осунувшееся, как у заморенной голодом фотомодели: она скинула по меньшей мере десять фунтов с тех пор, как Баки с ней познакомился.
— Закончил? Или еще читаешь?
— Закончил. Концовку пересматриваю. Что-то здесь не сходится.
Элис молчит.
