Может, даже в Колорадский. Боулдер мне понравился, я могла бы там жить.
— Уже есть идеи, что будешь изучать?
Она помедлила, словно ей что-то пришло в голову, но потом передумала.
— Историю, возможно. Или социологию. Может, даже на театральный поступлю. — Она тут же добавила, словно отвечая на мое возражение: — Не на актрису, конечно. Меня интересует остальное: декорации, свет и прочее. Меня вообще многое интересует.
Я сказал, что это здорово.
— Ну, а ты? Где планируешь жить счастливо до конца своих дней?
— Ну, раз уж мы решили помечтать, я хотел бы писать книги.
— Я постучал по ноутбуку, который она по-прежнему держала в руках. — Я ведь даже не знал, что умею писать, пока не начал. Теперь знаю.
— Может, попробуешь эту историю издать? Немного подправишь, чтобы стало похоже на вымысел…
Я помотал головой:
— Никто, кроме тебя, ее не прочитает. И это хорошо. Она сделала свое дело: открыла мне дверь. Так что имя для тебя можно не придумывать.
Элис помолчала.
— Мы же в Айове? — спросила она через пару минут.
— Да.
— Скукотища.
Я засмеялся.
— Думаю, айовцы с тобой поспорят.
— Конечно. Особенно дети.
Это точно, подумал я.
— Ответь мне на один вопрос.
— Отвечу, если смогу.
— Как вообще мужчина за шестьдесят может хотеть такую девчонку, как Розали? Я не понимаю. Это… не знаю, какой-то абсурд.
— Может, он чувствует себя уязвимым? Или хочет посредством контакта с тобой вернуться в собственную юность, вспомнить, каково это — быть молодым и полным сил?
Элис быстро обдумала мои слова и отрезала:
— По-моему, чушь собачья.
Тут я был с ней солидарен.
— Нет, ты подумай. О чем Клэрку говорить с подростком? О политике? О событиях в мире? О своих телеканалах? А ей о чем с ним говорить? О чирлидинге и друзьях на «Фейсбуке»?
— Вряд ли ему нужны отношения. Мы сговорились на восьми тысячах долларов за час.
— То есть секс ради секса. Слепое желание обладать. Но это же так бессмысленно! Так глупо и пусто. Ради чего, для чего? Та девочка в Тихуане…
Она замолчала и какое-то время просто глядела в окно на айовские пейзажи.
Потом что-то пробормотала, но совсем тихо, я не расслышал.
— Что?
— Чудовище. — Она по-прежнему смотрела на мертвые кукурузные просторы. — Я сказала: он чудовище.
* * *Хэллоуин мы провели в Саут-Бенде, Индиана, а первое ноября — в Лок-Хейвене, Пенсильвания. Когда мы селились в отель, на телефон пришло сообщение от Джорджо.
Дж. Руссо: Петерсен, помощник РК, попросил выслать ему фотографию двоюродного брата Даррена Бирна.
