Заплакав, Грейс села на кровать и закрыла лицо руками.
У нее не было выхода. Но она должна сделать это.
Грейс встала, ее ноги сильно дрожали. О, как она ненавидела сейчас своего мужа, за то, что оставил ее одну; как ненавидела Вира, за то, что не приехал за ней; как ненавидела лорда Джона за его алчность и безжалостность.
И как она ненавидела себя.
Сегодня она должна предать маркиза. Она не лучше его дяди.
И даже хуже. Маркиз начал ей доверять, он оказался необыкновенным человеком и прекрасным товарищем.
Если бы они встретились при других обстоятельствах, то, можно не сомневаться, она полюбила бы его.
А теперь…
Глава 10"
"Неожиданно проснувшись посередине ночи, Мэтью понял, что все-таки смог уснуть и проспал несколько часов. В комнате было темно. Вместе с заходом солнца кончилась и хорошая погода. Сейчас по стеклам вовсю барабанил дождь. Он начинался, когда они садились обедать. Надо сказать, обед прошел в необыкновенно спокойной атмосфере. Вместе с миссис Паджет, Грейс, он провел целый день, и ее присутствие действовало на него успокаивающе.
Правда, во время обеда она выглядела несколько задумчивой и погруженной в собственные мысли.
Мэтью всегда был честен с собой и поэтому понимал, что от этой женщины ему нужна не только дружба. Хотя дружба – это уже кое-что. Если он смирится со своей жизнью в этой тюрьме, то ему придется смириться и с той мыслью, что Грейс никогда не будет принадлежать ему.
Сколько бы они ни прожили тут вместе…
Никогда.
Неожиданно дверь гостиной распахнулась и на пороге появилась Грейс.
– Что случилось? – с беспокойством спросил Мэтью, садясь на диван. – Ты хорошо себя чувствуешь?
– Со мной все в порядке.
Но ее неуверенный голос наталкивал на мысль, что это было не так. Маркиз встал с постели и начал быстро одеваться.
– Ах, я напрасно вас потревожила, – выдохнула она, с трудом сдерживая дрожь в голосе.
– Грейс?
– Простите…
Послышался громкий всхлип – мгновение, и Грейс бросилась к нему. Теплое душистое тело, каскад шелковистых волос, тонкая струящаяся ткань сорочки – все слилось в воздушное легкое облако, доверчиво прильнувшее к его груди.
Не думая ни о чем, он обнял ее и осторожно прижал к себе.
Ее стройное тело била дрожь, и ее объятия оказались куда приятнее, чем Мэтью воображал себе. Ему совсем не хотелось выпускать ее из своих рук.
– Что… – Он успел выговорить только одно слово. Грейс взяла в ладони его лицо и наклонила к себе.
– Прости меня, – глухо проговорила она.
