Она облизнула губы – этот вкус запомнится ей на всю жизнь.
Его руки сильно дрожали, когда он поднял ее, а потом посадил на себя сверху. Она закрыла глаза, а Мэтью, задыхаясь от наслаждения, втянул в легкие воздух. Ощущение того, что они любили друг друга в последний раз, обостряло их чувства.
Она начала двигаться, и Мэтью мгновенно перенесся в другое измерение, в котором не существовало ничего, кроме острого наслаждения.
Одно движение его руки, и с Грейс был сорван шелковый корсет. Ее грудь, соприкоснувшись с прохладным воздухом, мгновенно напряглась, соски затвердели, по коже побежала легкая рябь мурашек.
– Какая ты красивая, – удовлетворенно пробормотал он.
Мэтью стал ласкать Грейс, он брал в руки ее груди, слегка приподнимал вверх, чтобы ощутить их тяжесть, тер пальцами соски. Почувствовав сильное возбуждение, Грейс стала двигаться быстрее. Мэтью потянулся к ней и взял в рот ее сосок.
Ей нравилось все, что делал Мэтью. Ни один дюйм ее тела не остался без его внимания. Они двигались в одном ритме, и Грейс казалось, что они снова превратились в одно существо, срослись в нечто целое и неделимое.
И вот наконец ее накрыло волной сияющего света.
Пронизывающий тело жар, наслаждение, восторг и ощущение полета. В черной пропасти, в которой она летела, появилась маленькая красная точка, она росла, увеличивалась, превращалась в красный цветок и гасла, оставляя в черноте только расходящиеся красные круги. Потом снова… Так повторилось несколько раз.
Когда все закончилось, она упала на Мэтью, лишившись последних сил.
Мэтью дал ей физическое наслаждение, которого раньше она никогда не испытывала, он разбил ей сердце. Что ж, значит, такова ее судьба, и Грейс не роптала. Но она навсегда запомнит эти дни, запомнит, какой счастливой она была. Когда они разлучатся с Мэтью, этот сияющий шар света будет время от времени появляться перед ней и напоминать о том, что она пережила здесь, в этом поместье.
Между ног у нее было влажно и болело. Но это была приятная боль, дающая наслаждение. Вздохнув, Грейс зарылась лицом в его плечо.
Из ее глаз снова хлынул поток слез. Как она сможет оставить его завтра?
На рассвете Мэтью разбудил Грейс. Она очень плохо спала этой ночью, и сейчас в тусклом желтом свете свечей ее лицо выглядело утомленным.
Мэтью стиснул зубы. Он просто жестокое животное, зверь. Он без всякой жалости обошелся с ней, он пользовался вчера ее телом, совершенно не беспокоясь и не думая о том, что утром Грейс должна бежать, а для этого нужны силы.
