Мы почти выбегаем на улицу, холодный осенний ветер бьёт в лицо, распахивает полы плаща.
— Сядь и пристегнись, — командует резким голосом, открыв дверь чёрного внедорожника, припаркованного на подъездной аллее, а сам забрасывает мою сумку на заднее сиденье.
От всеобщего напряжения и спешки я чувствую растерянность, выполняя все его указания механически. Мне страшно. А от того, что Бахурин ничего не объясняет, ещё более. Даже природа и темнота на улице повышают накал.
Рядом слышен мотор другой машины — это Стас с Еленой и Ларисой выезжают за ворота.
В этот же момент на водительское сиденье запрыгивает Демид, заводит машину и выруливает за ними за ворота. Только вот направление берёт противоположное.
Мы выезжаем на трассу. Хоть на улице и темно, чётко вижу, что мы и близко не в городе. Где-то в той стороне, куда Стас увёз Елену и мою подругу, виднеются огни небольшого посёлка, мы же несёмся в темноту. Лента дороги стелется под колёсами, убегая свотоотражающей разметкой по бокам от капота.
По обеим сторонам трассы деревья.
В салоне темно, светятся лишь цифры и значки на приборной панели автомобиля. Но и их света хватает, чтобы увидеть, насколько напряжён и сосредоточен Демид.
Вжимаюсь в кресло, наблюдая, как сменяются цифры на спидометре. Растут, заставляя дышать глубже и чаще."
"Я молчу. Ничего не спрашиваю, даже стараюсь не смотреть на Бахурина. Мне очень тревожно и страшно, но я и рта не открываю. Понимаю, что сейчас нельзя. Он взвинчен, и на мои вопросы я не только вряд ли получу ответы, но лишь обострю ситуацию.
Не знаю, как долго мы едем. Для меня каждая минута пропитана таким напряжением, что кажется бесконечной. Понятно одно: Демид увозит меня всё дальше и дальше от города. Но куда? Почему?
Бахурин несколько раз сворачивает, проезжает мимо небольшого посёлка и снова погружает нас в скорость и темноту.
— Сбавь, пожалуйста, скорость. Мне страшно, Демид, — не выдерживаю.
Он ничего не отвечает, но цифры на спидометре немного снижаются.
Дышать становится чуть легче. И вот минут через тридцать он снова сворачивает, ведёт немного по просёлочной дороге, а потом подъезжает к деревянному забору, из-за которого выглядывает тёмная крыша небольшого домика.
Рядом ни одного огонька не видно. Если соседние домики и есть, то среди густых деревьев, окружающих этот, но сейчас их совсем не видно и они, судя по всему, пустуют.
— Сиди, — снова коротко распоряжается Демид и выходит.
