Длинные пальцы заканчивались некрасивыми траурными каемками под ногтями.
— Так ведь Герд я, твоя кормилица и няня. Запамятовала в болезни, ягодка? — Старушка убрала мою руку под шкуру и повыше ее натянула.
— А я кто? — Задала следующий вопрос.
— А ты моя ягодка! Любимица первая! Троих ведь вас выкормила, но сердцем к тебе одной прикипела. — Вообще, не информативно. К тому-же у меня нет братьев и сестер.
— Что со мной случилось? — По всей видимости, вселенная дала сбой, и сейчас от ответа старухи зависит, подтвердятся мои догадки, или нет.
Старушка прекратила улыбаться и суетиться возле моей постели, отвела глаза, а затем присела на табуретку рядом с моей кроватью.
— Совсем ничего не помнишь? — Тихим голосом спросила она.
— Нет.
— Может оно и к лучшему. — Загадочно произнесла… как ее, Герд, кажется? Совершенно нетипичное для женщины имя. — Старый мост под вами обвалился, когда с ярмарки возвращались. Тебя вытащили из стылой воды, а вот батюшку твоего, барона, достали через день. Да и то чудом: он одежей за корягу зацепился.
Добро, что на ярмарке закупили… все потопло. — При этих словах по ее щекам прокатились две слезинки.
Вот оно как! Попала, значит… Как попаданки в этих самых фэнтези…
Я предположила первое, что пришло в голову, после прочтения романа Полины Ром. Эх, жаль не узнаю, чем все закончилось у Марии, королевы Нисландии. Впрочем, сейчас у меня есть проблемы и поважнее, чем вспоминать недочитанную книгу.
Батюшка-барон, а я, стало быть, баронесса, хотя не факт. В старину как-то непросто титулы переходили от родителей к детям.
Хорошо хоть не служанка, не крестьянка.
В этот момент, за моей головой послышался шум, потом меня охладило потоком воздуха, а следом предо мной появилась девушка-подросток. Темные волосы собраны в косу вокруг головы. Красивый овал лица, высокий лоб, тонкий нос, губы бантиком, вот только глаза чуть подкачали, мелковаты для пропорций лица. Но в целом девочка симпатичная. На ней серое платье с глухим воротом и длинными рукавами, а сверху накинут овечья безрукавка, мехом внутрь, на завязках.
— Как она? — Подросток обращалась к няне, но спрашивала явно про меня. А почему не спросить напрямую?
— Разговаривает уже! Всевышний даровал ей жизнь! — Старушка поднялась, едва девица влетела в комнату и сейчас стояла перед ней, слегка склонив голову.
— Вставай, храмовник скоро приедет. Надо с батюшкой попрощаться. — Достаточно резко и требовательно обратилась ко мне девица.
— Да куда ей вставать-то? Только жар спал.
