Если и имелись какие-то следы, которые могли бы подсказать, куда пошел мальчик, то их смыло. Днем прибыл следователь Каюров из областного управления, который не поверил Винкину, Палкину и Горкиной. Он живо выяснил правду про регулярные прогулки ребят за забор, следом приехали солдаты и принялись прочесывать лес.
Протасов вынул из кармана сигарету и пояснил:
– Электронная.
– Меня и настоящая не пугает, – спокойно сказал я. – Как скоро Винкины и Палкины уехали?
– Первая семья снялась с места через пару недель после исчезновения Максима Брякина.
Вторая чуть позднее. Елизавету положили в больницу – Геннадий Андреевич ее до полусмерти избил.
– Избил? – изумленно повторил я.
– Филипп Ветров еле-еле Лизу у него отбил, – поморщился Протасов. – Услышал нечеловеческие крики со двора Брякиных, бросился туда, глядь, муж Лизу ногами пинает. Итог: сломанные ребра, рука, выбитые зубы, сотрясение мозга. Но она отказалась заявление в милицию писать.
Прошептала только: «Я очень виновата, из-за меня Максимка пропал, хочу, чтобы меня убили». И все. С тех пор молчит. Ни слова более не произнесла. Геннадий Андреевич уехал в Москву. Дачу Брякин продал, с женой развелся, где сейчас живет, что делает, понятия не имею. Лиза физически поправилась, зарабатывает на жизнь уборкой. Бойск теперь вполне ничего себе город, неподалеку находится пара дорогих коттеджных поселков, и немая горничная там всем нравится. Еще она в церкви моет, территорию вокруг подметает.
Палкиных и Винкиных достать Елизавета уже не может, а Горкины рядом, Елене и ее матери Марфе достается по полной программе. Дерьмо, вываленное на крыльцо и размазанное по двери, – самая безобидная Лизина затея, были акции похлеще – крыса, прибитая к створке, выдранный за ночь весь урожай на огороде, сгоревший сарай, отравленная собака, удушенная кошка. Один раз Марфа пошла в магазин, упала и расшиблась, так как через тропинку была натянута леска.
Все пакости я и не вспомню. Никто не сомневается, что это Лиза проделывает, но ее ни разу не поймали. И никто так и не видел, как Брякина с ведром дерьма к избе Горкиных крадется. Молчунья ухитряется действовать незаметно. Правда, когда я в Бойск перебрался, война уже утихала. В этом году Елизавета, как я уже говорил, всего пару раз…
У Протасова зазвонил телефон, а ровно через секунду ожил и мой мобильный.
