Итак, вопрос: зачем вы соврали? У меня есть и ответ: вы сами напали на Филиппа Петровича и решили перевести стрелки на Брякину. По вашему мнению, она прекрасно подходила на роль убийцы, ее ведь почти все сумасшедшей считали, которая Горкиных тиранит.
– Я не хотела, – зарыдала Елена, – это вышло случайно. Мама велела песку на грядки накидать, так как считает, что это хорошо, если снега нет. А я и не спорю. Без толку ей объяснять, что глупость сделать приказала, лучше выполнить. Куча у нас во дворе пленкой прикрыта, да все равно слежалась, я кирку взяла в сарае, чтобы песок отковырять.
И тут Ветров-старший подошел. Остановился около меня, задудел: «Елена, а ведь это ты в Пашкиной куртке ходила. Тебя Катя в окно видела, а не внука моего непутевого. Я это только сегодня сообразил, когда ты в мою избу пришла. Приметил, что свитер у тебя испачкан, на рукавах и на спине бордовые разводы. Пачкается ведь подкладка кожанки, Пашка вон рубаху свою испортил. Я решил беде помочь, взял куртенку, протер ее бензином и повесил выветриться.
Так три дня делать надо, раз в сутки, тогда тип-топ получится. А ты схватила куртку, когда она еще не перестала краситься. Вот твой пуловер и испачкался. Ты носила прикид Павлухи в ночь, когда отец Дионисий погиб, куртка только тогда во дворе висела, на следующий день я ее в бане устроил. Зачем батюшку в храм ночью повела? Молчишь? Не желаешь крестному правду доложить? Ох, чую, непотребство ты устроила. Но пусть с тобой родная мать разбирается.
Сейчас с Марфой поговорю…» И пошел к нашему дому. Я не хотела его убивать! Даже не думала о таком! Остановить старика решила, а руки мотыжку схватили, не знаю почему. Вот просто взяли и – бумс ею по спине соседа… Дед упал. Гляжу, умер он. А я скачком к сараю, кирку хотела спрятать. И тут мать из окна заорала: «Сколько тебя просить можно? За смертью только посылать… Когда еще велела песок набросать, а ты только сейчас мотыжку взяла, лентяйка хренова!» Она подумала, что я пару секунд как вышла.
И что делать? Филипп-то Петрович в огороде лежит. Я испугалась и крикнула про розовую куртку с перьями. Честное слово, не хотела на Брякину стрелки переводить… как-то так… само получилось…
Елена умолкла.
– Затем вы вернулись к телу старика и подняли шум, – договорил Евгений.
– Ну… это… просто на помощь позвала, – протянула Лена, – нельзя ведь покойника лежать оставить…
– Как же вы не заметили, что пуловер испачкали? – только и смог спросить я.
