Я отчего-то напряглась и снова обратила внимание на его кольцо.
– Мы не виделись столько лет… и не очень хорошо расстались, – он говорил задумчиво, слова подбирал, а я тем временем начала невольно перебирать пальцами распятье, которое носила на своем запястье. – Ты не помнишь, но все было довольно сложно…
– Да, – отстраненно ответила я, глядя куда-то в пространство. – Алекс рассказывал – ты не стал делать ставку на расстояние.
Наши взгляды пересеклись, а следом я услышала:
– Мы оба это решили! – подчеркнуто заявил Тим.
– Немало значимых обстоятельств было против нас.
Я нахмурилась и попыталась понять, о каких таких обстоятельствах он говорит? Но что-то другое, более важное перетягивало сейчас мои мысли.
– Ты этого не помнишь, но мои родители, они… не очень-то тебя жаловали, – неохотно выдавил он. – Нет, как личность ты их просто очаровала, но им было куда важнее видеть перспективы в человеке…
Внутри поднялась неприятная волна, а пристальный взгляд сосредоточился на Тиме.
Червь недоверия колыхнулся внутри. Неужели?.. Его милые и отзывчивые родители, знакомство с которыми я так четко помню – все это время были против?
Что-то болезненной вспышкой пронеслось в сознании, когда я попыталась представить эти призрачные события. В области виска раскатилась неприятная боль, заставляя меня поморщиться, а перед глазами начали мелькать какие-то обрывки ассоциаций, связывающих сразу несколько отдельных событий.
– Но, конечно, их недовольство никак не повлияло на мое желание быть с тобой! – Уверенно добавил Тим, не придавая значения тому, как я начала массировать висок прохладными пальцами.
– Конечно, мы могли бы попробовать… Возможно, если бы я приезжал к тебе?..
Тим упорно говорил о том времени, которое уже не вернуть и не пережить по-другому, а я уже перестала следить за разговором, потому что в голове творился безотчетный сумбур. Мысли, ассоциации кружились в лихорадочном танце, изводя меня, потому что этот поток невозможно было выстроить хоть в какую-то единую картину.
– Элли? – послышался взволнованный голос.
Я даже не поняла, что зажмурилась от горячей волны, что раскатилась в голове. Страшно стало… Ощущение, будто где-то там лопнул сосуд, и густая кровь растеклась по воспаленному мозгу.
В какой-то момент теплые руки легли на мое лицо. Тим попытался открыть мне веки, чтобы проверить зрачки. Его лицо было встревожено, а в глазах отразился блеск профессионального внимания.
