Чувствую в себе нервную, адреналиновую готовность. Я как будто переступила какую-то черту. Раньше не знала, как далеко смогу зайти. Теперь ответ, похоже, есть. Я пойду до конца, пока будет, куда идти. Даже слишком далеко.
Призрак вскидывает брови.
– Ты молодец. Стреляешь метко, выдержка есть, кровь хорошо переносишь.
Удивительно. Обычно Призрак к комплиментам не склонен.
Я поклялась, что стану хуже своих противников. Два убийства за одну ночь – неплохо для начала. Таким падением можно гордиться. Мадок и представить не мог, как сильно ошибается в отношении меня.
– Большинству детей джентри недостает терпения, – продолжает Призрак. – И они не привыкли пачкать руки."
"Я не знаю, что ответить, – в памяти еще свежо проклятие Валериана. Может быть, когда родителей убили на моих глазах, внутри у меня что-то надломилось. Может быть, моя сломанная жизнь превратила меня в кого-то, кто способен делать грязные дела. Или, может быть, все дело в том, что я выросла в доме Мадока, у которого кровопролитие – семейный бизнес.
Почему я такая? Из-за того, что он сделал с моими родителями, или из-за того, что он мой родитель?
«Пусть твои руки всегда будут запятнаны кровью».
Призрак тянется к моей руке и, прежде чем я успеваю убрать ее, сжимает запястье и указывает на бледные полумесяцы у основания ногтей.
– Кстати… Я вижу, что ты делала с собой по вот этому обесцвечиванию на пальцах. И я чувствую в запахе твоего пота. Ты принимала яд. Травила себя.
Я сглатываю, а потом, поскольку отпираться нет смысла, киваю.
– Зачем?
Что мне нравится в Призраке, так это то, что он спрашивает не для того, чтобы прочитать лекцию, а потому, что ему действительно интересно.
Как же объяснить?
– Я – смертная, и мне приходится труднее, а значит, и стараться надо больше.
Он смотрит на меня изучающе.
– Кто-то действительно забил тебе голову всякой чушью. Многие смертные превосходят фейри во многих отношениях. А иначе почему, по-твоему, мы их похищаем?
Не сразу, но я все же понимаю, что он говорит серьезно.
– Так я могу быть…
– Лучше меня? – Призрак фыркает. – Не искушай судьбу.
– Ты не так меня понял! – протестую я, но он только усмехается. Смотрю вниз. Тело лежит на прежнем месте. Возле него толпятся несколько рыцарей. Как только мертвеца унесут, мы тоже уйдем. – Мне нужно только одно – уметь побеждать врагов. Вот и все.
Он смотрит на меня удивленно.
– А разве у тебя много врагов? – Для него я одна из тех девочек с нежными ручками и в бархатной юбочке.
